Поступь Мрака

«Да, я была там», — подтвердила Ваня.

«Кто это?» — спросила она, стараясь унять дрожь в голосе.

«Я знаю не больше тебя, — ответил призрак. — Ведь это твой кошмар...»

«Но он какой-то уж слишком... реальный для кошмара», — пробормотала Юлия.

«Если такие видения будут тебя преследовать, я тоже постараюсь их разгадать», — пообещал Ваня.

«А если это не видения?» — с надеждой в голосе спросила Юлия.

«Тогда дело дрянь, — вздохнул призрак. — Любые видения, как говорил отец, — это признак нездоровья.

«Спасибо, сестричка, утешила... — с сарказмом проронила Юлия. Не забывай, что ты — тоже в некотором роде видение, так что поаккуратнее с выражениями. Мне как-то не хочется думать, что я больна с пяти лет, когда впервые тебя увидела! С тех пор ты ведь никуда не исчезаешь, всегда рядом».

— Вы виновны! Все вы! — яростно прорычал бородач. Юлия, наконец, решившись оторваться от терзающей боли, с трудом подняла голову, по которой эти нелюди топтались сапогами, и распахнула глаза, стиснув зубы, чтобы сдержать стон.

Перед ней стоял бородач в грязной, засаленной рабочей одежде. С виду — обычный мужик, такой же, как и те, что рылись в лесу. За его спиной столпились женщины и дети, их лица и тела носили следы побоев и насилия. Мужики же, деловито хватая сухие ветки, таскали их из леса и сваливали в кучу у ног Юлии.

Окинув взглядом окружение, графиня с ужасом узнала место: это был лес рядом с замком ди Ванэско, где она так любила гулять с Ваней, слушая пение птиц.

Сегодня же лес будто вымер. Ни одна птица не смела издать ни звука. Зато люди вели себя разнузданно. Они расположились на любимой поляне Юлии, под сенью вековых лип, устроив там подобие лагеря. Слегка скосив глаза и заглянув за плечо, можно было разглядеть за спинами людей массивные глыбы давно разрушенной скалы, напоминающие лежащего каменного исполина.

Но вместо гранитных глыб Юлия уставилась на старую женщину, привязанную к такому же вкопанному в землю стволу дерева, что и она сама, только слева. Под ноги старухе так же кидали хворост. А крестьянин все не унимался, сыпля проклятиями:

— Вы будете казнены!

— За что же, Виктор? — тихонько спросила старуха. Она была одета в простую серую хламиду, а на шее у неё болтались амулеты Справедливости.