Якудза из другого мира 12 Часть первая

– Я думаю, что все тактично не заметят ваши небольшие промахи в этикете и воспитании, – ответил Масаши и незаметно подмигнул мне.

Я также незаметно подмигнул в ответ. Наши подмигивания не остались без внимания и Шакко насупилась:

– Это вы на меня намекаете? Да я вообще знаю больше каждого из вас! И за столом себя вести умею, и беседу поддержать…

– И в горящую избу войти, и коня на скаку остановить, – подхватил я.

– Если нужно, то сделаю и это! – Шакко ударила кулаком в раскрытую ладонь.

– Да они же подкалывают тебя, дорогая, – Малыш положил руку на плечо подруги.

Серебряный орел, сидящий чуть в стороне, тут же спикировал ко мне, проскочив между Малышом и Шакко. Птица шаркнула крылом по затылку Малыша Джо, словно отвесила подзатыльник.

– Эй, босс, чего твоя птица творит? – Малыш уставился на орла, усевшегося на мою подставленную руку.

– Ничего особенного, – покачал я головой. – Просто ревнует. Ведь Шакко так прекрасна, когда злится…

– А-а-а! Ну, тогда ладно, – кивнул Малыш.

– Эй, я не твоя невеста! – тут же взвилась Шакко.

Я вздохнул, почувствовал, как на руке Ленивый Тигр сделал то же самое. Да, погибший друг Малыша Джо, чьё сознание теперь находится в серебряной птице, тоже выказывал сожаление от извечного спора пары.

Серебряный орел хоть и мог говорить, но всегда молчал. Всего лишь раз он сказал, что будет вечно мне служить, но пусть я не заставляю его говорить до той поры, пока он не искупит свою вину.

– Идемте, – Масаши с улыбкой показал на выход. – Вы же не хотите произвести дурное впечатление своим опозданием?

– Да, мне бы не хотелось выглядеть в глазах твоих родных позорищем, – подхватила Кацуми.

Друзья поняли, что если сейчас не пресечь спор Шакко и Малыша, то можно не только на ужин опоздать, но также на завтрак и обед.

Да уж, эти двое походили на сведенцев – вроде бы и любят друг друга, но постоянно ругаются, ссорятся, мирятся и снова ругаются. Мы с Норобу старались не лезть в их дрязги, только прикрикивали иногда, когда их ругань переходила все мыслимые и немыслимые границы.

Первыми в раздевалку вошли девушки. Мы же остались снаружи, чтобы подождать переодевания наших красавиц.