Князь лавин

В следующее мгновение гхи с нечеловеческой быстротой взмахнул своей когтистой рукой-лапой, и жрец упал наземь с разорванной глоткой.

Гхи прыгнул к Илуге. Дохнуло острым запахом падали и хищного зверя, огромная когтистая лапа полоснула воздух там, где только что находилась его голова. Но Илуге скорее инстинктивно, чем осознанно, ушел в сторону, и меч в его руке по короткой дуге взрезал покрытую шерстью грудь чудовища.

Оно засмеялось, если можно назвать смехом это захлебывающееся рычание. Меч не причинил ему никакого вреда.

Люди вокруг завопили и заметались. Гхи прыгнул на Илуге, сшибая его на пол. Его тело казалось сделанным из камня, и под этой каменной глыбой Илуге хрипел, не в силах сделать хотя бы вдох. Ужасные пылающие глаза оказались совсем близко, и в них Илуге прочел жажду, смешанную с мрачным удовлетворением. Это не было глазами зверя или безумца - чудовище точно знало, что делало. Оно хотело убить его. И убивало.

Медленно, наслаждаясь промелькнувшим в его глазах ужасом, чудовище сломало ему правую руку, заставив уронить меч с бессильным звоном.

Илуге ударил левой рукой, - наобум, слепо, как бьется на берегу пробитая острогой рыбина. Гхи зарычал, ощутив это прикосновение. Но не замер. Красный огонь во впадинах глазниц не погас, и хватка не ослабла.

Илуге почувствовал, что теряет сознание, что соскальзывает в кружащуюся багровую темноту.

" Только не так!" - успело промелькнуть в мозгу.

Где-то на краю сознания, совсем далеко, мелькнули в воздухе серые крылья...

Потом говорили, что все случилось в считанные мгновения. Ужасный взбесившийся гхи, убив Хух-Хото и тем потеряв всякое управление, прыгнул на белоголового варвара. Два удара тому удалось отбить, но потом они сразу сцепились в один клубок. И вдруг гхи зарычал, словно от боли, которую никак не могут испытывать эти оживленные магией мертвецы.

Оставив неподвижное, окровавленное тело с неестественно вывернутой правой рукой, из которой отвратительно белела сломанная кость, и натекала темная лужа крови, гхи бросился на нового противника.

От отметин, оставленных когтями и клювом птицы, в теле гхи начали открываться раны, из которых потекла вязкая, маслянистая, отвратительно пахнувшая черная кровь.