Князь лавин

Не могу гарантировать, что со следующей парой мечей не произойдет то же самое.

- Но это нечестно!

- Честность не означает глупость, - не без яда Илуге вернул куаньлину его же фразу, - Уезжай, хайбэ. У тебя не будет другого повода сделать этого столь почетно.

Юэ наклонил голову, и какое-то время молчал. Затем вдруг быстрым движением преклонил одно колено и, не оборачиваясь, пошел к своим воинам, ведя за собой чалого.

Поняв, что поединок закончился, площадь разразилась ликующими криками.

- У тебя есть какие-нибудь просьбы? - крикнул Илуге в прямую, возмущенную спину своего недавнего противника.

Тот презрительно передернул плечами, однако через два шага остановился. Обернулся.

- Есть. Из Шамдо я привез сюда...женщину. Ее зовут О-Лэи. Позволь мне послать людей за ней.

Илуге расплылся в ехидной улыбке, но ничего не сказал. Просто кивнул. Ему было довольно и того, что у хайбэ неожиданно и пунцово покраснели уши.

- Хайбэ Юэ! - неожиданно крикнула Ицхаль.

Куаньлин обернулся и, повинуясь жесту матери, подошел.

Глаза Ицхаль искрились.

- Я так и не поблагодарила вас, хайбэ Юэ, - сказала она, спустившись на две ступени и становясь с ним вровень.

Тот явно смутился, что-то неразборчиво пробормотал, а потом замер, - когда ее руки вдруг сняли с него шлем и легли на затылок.

Илуге, удивленный этой неожиданной нежностью, увидел, что воздух вокруг головы Юэ задрожал. Глаза хайбэ вдруг широко распахнулись.

- Что... что это было?

- Несколько лет назад на Вас, хайбэ, наложили очень неприятное проклятие, - серьезно сказала Ицхаль, - Мы, жрецы, можем такие вещи видеть.

Сейчас я сняла его. А должна была бы снять до поединка, - и тут она очень мило улыбнулась Илуге.

Рука Юэ дернулась к горлу, потом ослабла.

- Кто...кому это было нужно... - пробормотал он. Азарт боя уже схлынул с него, и теперь он казался обычным человеком - молодым, симпатичным и растерянным.

- Кому бы это ни было нужно, природа проклятий такова, что рано или поздно они возвращаются.

И я вернула его его создателю, - ответила Ицхаль, - Теперь, что бы ни случилось с Вами, это не случится по чужой недоброй воле.

- Ваш дар поистине бесценен, - Юэ преклонил колено, - Я всегда буду помнить о нем.

- Я обязана вам своей жизнью и жизнью своего сына, - ровно произнесла Ицхаль, - И я тоже всегда буду об этом помнить.

Помни об этом и ты, сын.

Он поднялся на ступени дворца, рядом с матерью, и смотрел, как они уходят по Дороге Молитв.