Князь лавин

Однако, если принимать все найденное им за правду, следовало сделать вывод, что Жуй Дэмин все же умер под пытками, вне зависимости от того, был он виновен в предъявленных ему кощунственных обвинениях или нет. Разъяренный император приказал спалить возведенную магом башню, которую сам же и повелел ему возвести для наблюдения за звездами. Правда, сообщал летописец, вокруг смерти Жуй Дэмина еще долго ходило множество разных слухов, в том числе о том, что он выжил, и бежал в Ургах, где далее след его затерялся. Погиб ли бесценный свиток в огне или все же Жуй Дэмину каким-то немыслимым чудом удалось спастись - и спасти его? Может ли он находиться в Ургахе?

Это единственное давало бы некоторую надежду.

.. Юэ! Господина Ито озарило. Отложив все дела, он достал чистый лист и сел писать письмо сыну.

***

Ы-ни стояла чуть позади трона императора и смотрела как, согласно дворцовому этикету, за четыре шага опустившись на колени, ползет по Тронному залу господин Той.

Ей было страшно. Сказать по правде, она совсем не ожидала здесь оказаться.

Однако три дня назад император посетил с визитом свою возлюбленную матушку, которая, выразив сожаление о не проходящей скорби своего сына по " потерянной возлюбленной", предположила, что, возможно, общение ( о, всего только общение!) с другой женщиной, столь же умной и прекрасной, может облегчить ему боль утраты. Императрица, конечно, имела в виду И-Лэнь, свою Первую фрейлину, - с некоторых пор она почему-то принимала в ней большое участие. Однако император только равнодушно пожал плечами:

- Почему бы не попытаться? Если она мне надоест, я всегда смогу вернуть ее.

Императрица уже раскрыла рот, чтобы назвать, по ее мнению, подходящую кандидатку, как вдруг император резко отвернулся от нее, вытянул руку и ткнул в Ы-ни, по обычаю скромно сидевшую на пятках с самого края ряда из фрейлин.

- Подойдет, скажем...вот эта. Мне все равно, но я хочу выбирать сам. Не сомневаясь, впрочем, матушка, что тобой руководят только самые нежные материнские чувства.

Ы-ни была готова поклясться, что Шуань-Ю ехидно улыбается. Лицо императрицы-матери досадливо сморщилось, но тут старая интриганка попалась в собственную ловушку и возразить не могла. Онемевшая, растерянная, Ы-ни теперь понятия не имела, как себя повести. Поблагодарить? Поклониться?

Она ограничилась низким придворным поклоном. И вот уже третий день всюду таскается за императором, который даже еще ни разу не обратился к ней! Но и не отослал.