Князь лавин

На следующий день безупречно построенный куаньлинский гарнизон в полном составе вышел из распахнутых ворот Чод, упал перед Илуге на одно колено и поклялся в верности новому командующему. Во главе гарнизона на прекрасном сером с белыми бабками коне шел Ли Чи. Сын казненного полководца.

Это было удивительно и не поддавалось объяснению с точки зрения Илуге, - если только сын убитого командующего не был трусом. Они с Джурджаганом долго обсуждали вероятность ловушки, когда их с великими почестями проводили во дворец наместника.

Илуге принял решение рискнуть.

Именно там, в невиданно роскошном зале, вымощенном плитами красного, белого и зеленого камня,с причудливо украшенными колоннами Ли Чи, встречавший своего нового господина вместе с наместником, зарубил его прямо на глазах Илуге одним плавным неуловимым движением, бросил меч и остался ждать со склоненной головой.

Стражники Эн Вэя бросились было к убийце, однако тут же застыли, ожидая приказаний. Глава стражи бросился на колени, обращаясь к Илуге:

- Разреши нам казнить убийцу!

Илуге переглянулся с Джурджаганом и медленно произнес:

- Вначале я хочу выслушать его.

Говори!

Ожидавший немедленной смерти Ли Чи поднял голову.

- Мой господин, - хрипло сказал он, - Господин Эн Вэй приказал казнить моего отца за его якобы измену, хотя он только исполнял долг полководца. Однако, в силу принесенной мной присяги я дал клятву выполнять беспрекословно все его приказы, хранить его тело и дом, жизнью и смертью.

Убить его - означало нарушить клятву - а воин, не умеющий соблюдать принесенную им присягу, и не воин вовсе. Приказав же мне перейти на службу к тебе, наместник освободил меня от присяги ему. Но, как говорят, сын не может жить под одним небом с убийцей своего отца. Я выполнил то, что требовала от меня честь воина. Теперь ты можешь сделать со мной все, что захочешь, мой господин.

Илуге медленно кивнул. Ему понравилась бесстрашная отстраненность в глазах куаньлина.

- И по нашим обычаям смерть отца требует отмщения, - произнес он на куаньлинском языке, на котором уже выучился говорить довольно неплохо, - Освободите его!

Так Ли Чи занял свое место рядом с ним. И, признаться, Илуге не пожалел об этом. Даже если предположить, что куаньлинский военачальник не говорил всего, Илуге все равно узнал о том, что его интересовало, - а интересовало его государственное и военное устройство куаньлинов, - немало удивительного.