Что останется после

Остановить болезнь на ранней стадии не так уж сложно, но, если дать ей разгореться, лихорадка не сдастся так просто, и потом будет сказываться на самочувствии ещё несколько недель.

В общем-то, Табита не была ни целителем, ни травницей, но основы знала хорошо. Она надеялась, что этого достаточно. Если этот человек умрёт (хоть это и очень маловероятно), у неё будут большие проблемы, к тому же, ждать ещё одного путника не осталось времени. Это был её последний шанс.

Девушка зашептала заклинание, не отрывая взгляда от его красных, опухших глаз.

По прикидкам колдуньи, прошло около пяти минут, так что зелье должно было уже остыть, а суп — дойти до нужной кондиции. Она снова скрылась в дверном проёме, и человек позволил себе отпустить тяжёлый вздох.

Похоже, он попал не в самое худшее место, где мог оказаться. Дом был чистым, колдунья, судя по всему, настроена дружелюбно.

Вдруг он что-то вспомнил и судорожно ощупал шею. Холодные пальцы сжали кожаный ремешок, на котором слабо поблёскивала в темноте стекляшка, по форме похожая на каплю.

— Не бойся, путник, я не побираюсь по чужим вещам, мне своих хватает, — послышался насмешливый голос.

Он мог бы смутиться, но его здорово лихорадило, что притупляло способность соображать, да и жест этот за последнее время почти превратился в рефлекс. Так что мужчина просто нахмурился, приподнимаясь на кровати.

Колдунья вернулась с дымящейся тарелкой супа в одной руке и стаканом странной серо-зелёной жидкости в другой. Села на стул, пытаясь сдержать усмешку — такой радостный взгляд был у мужчины, увидевшего еду впервые за несколько дней.

Путник не знал, что за чары она над ним творила, но они действовали — самочувствие понемногу улучшалось. Вообще его ставила в тупик такая доброта: с самого детства его учили, что даром от магов хорошего не жди. И это — от добропорядочных городских магов, так что же говорить о странноватой колдунье из глухих болот?

— Спасибо.

— На здоровье.

Как мало нужно порой людям для счастья… Мужчина со счастливым вздохом склонился над тарелкой и, стараясь не смотреть на неприглядный «десерт», запустил ложку в самую гущу.

Колдунья наблюдала за ним со смешанными чувствами беспокойства и интереса. Немногие люди смотрели на неё без ненависти и страха, и она уже забыла, каково это — чувствовать себя обычным человеком.