FERA. Апокалипсис: пособие по выживанию

Старый радиоприемник шелестел фоном на окне, а мы вели неспешные разговоры.

— И вот чаво я в этом вашем городе делоть-то буду, ась?

— Дед, не переигрывай. Там ведь действительно тебя ждут.

— Ладно-ладно. Ну в самом деле, Виктор, вот что я там забыл? — ухмыльнувшись очередной раз, патриарх перестал коверкать речь.

— Тебя там ждут, дед. Вот чего ты тут один сидишь? Там родня, удобства. Не спорю, тут красиво, свежий воздух, охота и все такое. Но семье ты нужен, а добираться сюда не так уж просто.

— Витя, да пойми ты, тут я занят делом, а в городе что? Сидеть в четырех стенах и смотреть зомбоящик?

— Разве ты не найдешь, чем заняться?

— Внучок, не готов я ехать в город, всю жизнь по заставам мотался. Привык, что людей вокруг мало. Пойми и меня, поздно уже привычки менять. А то, что старика не забываете, это вы молодцы. Ладно, хватит спорить, баня натоплена, пора отдать дань хорошему парку.

— Пошли, дед.

Тот, кто не был в хорошей хвойной бане, жизни не знает.

Пусть европейцы считают эту традицию дикостью, но когда ты меняешь березовый, полынный и хвойный веники по кругу, затем, прямо из парилки ныряешь в заводь, потом опрокидываешь ковшик домашнего кваску, и снова в парилку - вот тогда ты и понимаешь всю прелесть русской бани.

— Хорошо-то как. Ну что, внучок, по пятьдесят моего фирменного для начала? Или ты у нас за ЗОЖ? — старик ухмыльнулся.

— А давай.

Шум автомобильных шин разорвал тишину вечера. Было слышно, как вынырнувший с основной дороги автомобиль сильно подскакивал на ухабах — подвеска жалостливо скрипела.

— Ишь как мчится, — прокомментировал старик появление машины.

— Это кто так гоняет?

— Неместный.

— А что забыл?

— А кто ж его знает? Но куда едет догадаться нетрудно, такой транспорт у нас не в чести. А значит, к Анне гости.

— Это кто?

— Да знахарка местная. Сама родом из наших, да вот жила где-то, а лет пять назад, как бабка ее умерла, так сюда и перебралась. Народу и техники нагнала, дом отремонтировала.

Я как-то по старой памяти заглянул в гости — хорошо живет.

— Знахарка?

— Да, ведьма. В смысле, не потому, что страшная, а потому что ведьма всамделишная. Ее род колдовской тут издавна проживает. Считай в надцатом поколении ведьмы да колдуны. Да ты, кстати, и сам их знаешь, коли помнишь. Санька, чернявый такой, по малолетству бегали играли.

— Так… что-то смутное.

— Ну, по детству было, — сказал дед.