Звезда творения

Неужто и впрямь так надеется на помощь магии? Впрочем, откуда мне знать – я-то никогда не полагалась в своей работе на потусторонние силы…

В хранилище со вчерашнего вечера стало намного просторнее, но оставшиеся полотна все так же стояли на полу вдоль стен. Ольга Николаевна вошла вслед за мной в комнату, плотно прикрыла дверь и прислонилась к ней спиной. Я медленно двинулась вдоль ряда картин и остановилась возле несчастного «Хаоса». Чувствовала я себя по-дурацки. Никогда в жизни мне не приходилось выступать в роли частного сыщика.

Я присела перед картиной. Она ничуть не изменилась. Очень, очень достойная копия – в том смысле, что сохранены были все, даже самые мелкие детали. Скорее всего, ее рисовали по качественной фотографии. Но вот в отпечатке личности того, кто изготовил подделку, мне сегодня почудилось что-то необычное. Вчера я была так потрясена тем, что не нашла оригинала, что не обратила внимания на мелкие странности, но сейчас… И опять это ощущение, которое охватило меня во время разговора с дорогой тетушкой – как будто я смотрю на нечто значительное, но не могу увидеть, как будто в голове вертится важная мысль, которую я никак не сформулирую…

– Ольга Николаевна, – пробормотала я, откашлявшись.

Она медленно покачала головой.

– Вы зря вчера ушли, – укоризненно произнесла она своим детским голоском. – Вы отказались от помощи, которая нам так была нужна. А я ведь не ясновидящая, я не знаю, кто здесь ходит в мое отсутствие…

Так, главное – терпение. Ради себя и ради Антона я должна убедить эту женщину немного пошевелиться.

– Ольга Николаевна, я… не могу принять такую помощь. Пусть даже вам кажется, что она ничего не стоит. Считайте, что я не могу сделать это по личным причинам.

– А кому они не нужны, – буркнула музейщица.

– Ну вот. Возможно, полотно где-то рядом, может, даже еще в музее, просто мы не знаем где. Есть вероятность, что нам не придется долго его искать. Но само собой оно к нам не вернется. Надо предпринять хоть какие-то шаги. 

Музейщица упрямо молчала.