Звезда творения

– И не смогла бы, даже если захотела. Забудь.

И снова молчание.

– Послушай… а твоя подмога, из Ордена… она большая будет?

Тут я спохватилась, что мой вопрос может быть понят превратно.

– Я имела в виду… не знаю, в курсе ли ты… в общем, я не знаю, что делать. Я пришла за советом и за помощью. Пожалуйста, выслушай меня…

– Говори, – отрывисто сказал он. Все время нашего разговора Виктор не отрывал взгляда от лица жены, словно сам сопротивлялся неизбежному ходу иглы к сердцу через ткани и сосуды. А может, так оно и было?

Я набрала побольше воздуха и приступила к рассказу.

Не очень последовательно и не слишком связно, но я упомянула обо всем: и о Вилоре с его армией, и о предательстве Майка, и о завтрашнем обряде в лабиринте, и о Рейнгарде, и об украденных полотнах. Последнее его очень заинтересовало, но рыцарь предпочел не перебивать. Когда я наконец закончила, он погрузился в долгое молчание. Лицо его было сосредоточенно, на лбу залегли складки. Казалось, Виктор обдумывает какое-то нелегкое решение.

– Я предполагал, что дело в этом городе нечисто, – наконец произнес он, – но не думал, что настолько… и что события станут развиваться так быстро. Я верю тебе, Галя, я чувствую, когда люди говорят правду. Потом ты расскажешь мне об этом Рейнгарде все: где он засел, как выглядит, о чем говорит. Потом, когда… когда я буду свободнее. Но я не знаю, чем сейчас тебе помочь. Если я оставлю Маргарет хоть на полчаса, игла убьет ее. Схарматы очень хорошо связали мне руки… 

– Так что мне делать?!

Он покачал головой.

– Я не знаю… Единственное, чем я могу помочь, – это попытаться вызвать Дикую Охоту.

– Дикую… что?!

Конечно, я знала этот миф. Миф о том, что в осенние ненастные ночи кавалькада призраков под предводительством Короля или Королевы, в сопровождении черных, как ночь, псов, несется над землей, и горе тому, кто встанет у них на пути. Если не успеешь спрятаться – они украдут тебя, если заговоришь – убьют. Почти общеевропейский миф, очень распространенный, зародившийся то ли в раннем Средневековье, то ли гораздо раньше, еще в эпоху язычества.

Но Виктор снова покачал головой.

– Это не та Дикая Охота, о которой пишут в учебниках по сравнительной мифологии. Нет, это ее реальный… не прототип, а скорее, аналог. Да. Это действительно кавалькада всадников, и во главе их бог Один… точнее, Хрофт, на восьминогом своем жеребце. Но их цель – не души некрещеных детей или грешников. Они приходят на зов тех, кто служит Новым Богам и просит помощи.