Долгорукий. Суетолог Всея Руси

Это был юноша лет двадцати, одетый в дорогой камзол из темно-синего бархата, расшитый серебряной нитью. Это была одежда знатного человека: ткань переливалась, как ночное небо, усыпанное звёздами. Серебряная вышивка изящно обвивала рукава узором плетеных лоз. Камзол был расстёгнут, обнажая льняную сорочку. У ворота виднелся медальон на цепочке с гербом рода.

У него были пышные каштановые кудри до плеч и яркие гетерохромные глаза - один голубой, другой зелёный. Высокие скулы, тонкий орлиный нос и овал лица выдавали благородное происхождение.

Он тяжело дышал, в руке сжимая украшенную драгоценными камнями рапиру. Это было причудливо изогнутое оружие с витиеватой гардой. Клинок отполирован до зеркального блеска. На нём плясали блики солнца, просачивающегося сквозь листву.

Несмотря на синяки и царапины, юноша довольно ухмылялся, обнажая белоснежные зубы. Правда, нескольких зубов в улыбке не хватало.

Похоже, он только что участвовал в ожесточённой схватке, откуда и получил свои раны. Но исход поединка, кажется, ещё не был определен.

Из глубины леса на поляну выбежала молодая девушка в простом холщовом платье без украшений. У неё были длинные русые косы и голубые глаза цвета васильков. На шее виднелся кожаный шнурок с привеской-ладанкой. Девушка была хрупкого телосложения, с миловидным личиком.

— О, виконт Сивушкин! Вы ранены! Позвольте мне помочь!

Она протянула руки, чтобы поддержать его, но юноша уже поднимался на ноги сам.

— Ничего страшного, Алёна, милая, — усмехнулся он в ответ. — Бывало и хуже.

В это время из чащи послышался треск ломающихся деревьев. Раздался грозный оглушительный рык — судя по звуку, это было что-то крупное. Девушка испуганно оглянулась.

— Бежим скорее! Эта Аномалия сейчас нас настигнет!

Но виконт лишь небрежно помахал рапирой.

— Прячься за меня и не бойся. Я этому ублюдку уже задал жару. И добавки ему не пожалею.

Девушка нерешительно всхлипнула. Что-то большое и страшное приближалось к поляне. Но виконт выглядел уверенным и спокойным. Вокруг него и его рапиры вспыхнуло яркое сияние покрова.

Из чащи на поляну вышло отвратительное чудовище ростом под три метра. Тело его было покрыто бугристой зеленоватой чешуёй, а лицо заменяла огромная пасть, полная острых кривых зубов.