Долгорукий. Суетолог Всея Руси

— Не волнуйтесь попусту, — отрезал «Соболь». — Они просто не торопятся, чтобы не повредить сердце. Сердце наследника не должно быть запятнано грубым обращением.

И тут разговоры стихли. Я наблюдал из тени, как на возвышение перед мраморным алтарем взошел высокий мужчина. Его лицо скрывала устрашающая маска демона с изогнутыми рогами. Движения этого человека были плавными, но исполненными властности и угрозы. Все присутствующие с неподдельным обожанием и трепетом взирали на него.

Впечатление немного портили два больших уха, торчащие из-за маски демона, но не слишком сильно.

— Братья и сестры! — произнес он глубоким, вкрадчивым голосом. — Настал великий час, к которому мы так долго шли! Сегодня мы воскресим из бездны веков великого Тотх’Аза, и он вознесет нас над этим жалким миром смертных!

Послышались восторженные возгласы и аплодисменты. Я настороженно прислушался.

По властному жесту лидера в зал ввели нескольких связанных мужчин и женщин — трех испуганных горничных в простых черных платьях и седовласого старика в строгом камзоле. На суровом лице старика красовались свежие ссадины — видимо, он оказал отчаянное сопротивление.

— Эти ничтожные насекомые пытались помешать великому ритуалу! — с презрением бросил лидер культа. — Я решил сохранить им жизни.

Старик выпрямился и с несломленным достоинством произнес:

— Вы попрали доверие и надежды юного господина! Он вам как родному дяде верил, а вы его предали!

— Юного господина больше нет, невежда, — ледяным тоном оборвал его лидер. — Его сердце станет жертвой великому Тотх’Азу! Им Божественный утолит свой голод после пробуждения.

Старик отшатнулся, словно от удара. Его суровое лицо на мгновение дрогнуло.

— Нет.

Лидер культа дьявольски расхохотался. Собравшиеся культисты поддержали его мерзкими смешками.

— Император не оставит это вот так! Вот увидишь, он узнает! — стиснул кулаки старик в бессильной ярости.

Я с тревогой нахмурился. Погоди... кажется, юный господин это я? Значит, негодяй в маске демона — мой дядя? Приказал убить собственного племянника ради какого-то там ритуала?

Типичный дядя-злодей, жаждущий власти.