Чернобуров 2: Таёжные войны

Костя не знал, что сказать, и смотрел прямо перед собой, постоянно поправляя очки. Боковым зрением он замечал, что Юля время от времени поглядывает на него и, кажется, улыбается.

Чувствуя ее теплую руку на своей, Константин почему-то не мог поверить в то, что это действительно происходит, и весь покрылся мурашками.

— У тебя все хорошо? — спросила Юлия.

— М-м, да.

— Ты какой-то напряженный.

— Переживаю за Георгия. Кто знает, как он там. Изнанка очень опасное место.

— Мне кажется, твой граф способен выбраться из любой передряги, — с неприязнью сказала Иволгина.

— Разве теперь он не наш граф? — Костя набрался смелости и взглянул на девушку. — Вы уже почти официально вассалы Чернобуровых.

Юля как-то неопределенно повела плечами и сказала:

— Ну да. Скажи, а сколько поколений твоя семья служит Чернобуровым?

— Четыре. Старший сын в роду всегда был личным помощником графа.

— И тебя это не тяготит?

— Нисколько. Наоборот, мне нравится. Я не стремлюсь стать главным, — Константин опять поправил очки. — Меня вполне устраивает быть опорой для лидера.

Они вышли на улицу. Утро было прохладным, но солнечным. Впереди блестели длинные стеклянные оранжереи — последнее творение покойного барона Иволгина.

— А мне всегда хотелось независимости, — вздохнув, произнесла Юлия. — Не хочу, чтобы кто-то указывал, как мне жить и что делать.

— Тяжело ни от кого не зависеть. Все решения, вся ответственность на тебе. Не уверен, что хотел бы нести такой груз, — сказал Костя. — К тому же Георгий не указывает мне, как жить.

Иволгина задумчиво поглядела вдаль и кивнула:

— Когда ты так говоришь, я почти готова согласиться. Научишь меня?

— Чему? — удивился Константин.

— Как зависеть от кого-то и при этом не чувствовать себя униженной, — Юлия серьезно посмотрела ему в глаза.

Причернобуров медленно кивнул и выдавил:

— Конечно. Я постараюсь.

Юля улыбнулась, и от этого в душе Кости словно заиграла музыка.

— Здравствуй, смертный, — раздался голос Чернобурой Лисицы. — Возрадуйся. Я нашла способ вытащить нашего Георгия.

* * *

Изнанка

Дым исходил от огня, и это было логично. Но вот сам огонь был отнюдь не рукотворным — и это тоже было логично. Никакие охотники за макрами не стали бы так долго жечь костер на одном месте.

Я уже давно это понял.