Поход самоубийц

Глаза его, напоминавшие два кусочка льда, упавшие за шиворот, смотрели недобро, осуждающе; взгляни в них — и тотчас почувствуешь себя незадачливым воришкой, пойманным с поличным за попыткой проверить содержимое чужого кармана. — Мы пришли к тебе по другой причине. Что ты задумал?

— Не понимаю, о чем речь, — ответил Гессер, делая глоток. — Мои планы на ближайшую ночь весьма просты: прикончить графин этого чудесного вина и немного подремать. Завтра мне предстоит долгий путь.

— Хватит играть с нами! — рявкнула женщина, да так, что фужер Гессера подпрыгнул, жалобно тренькнув.

— Много лет ты скрывался, забившись в какую-то из своих нор, и вот ты явился — и все вокруг летит кувырком. Зачем тебе понадобился шрау, сопляк-чернокнижник, парочка головорезов и прочие отбросы, которых ты тщательно отбирал весь последний месяц, причем лично?

Гессер ничего не ответил. Глупо было думать, что его старания останутся незамеченными, хоть он и старался действовать максимально скрытно; однако он все же остался слегка раздосадованным.

Сидевшая напротив него троица, похоже, поняла его молчание по-своему.

— И не вздумай даже думать о том, чтобы попытаться обмануть нас, — произнес парень. — Ты сделаешь себе только хуже. Выкладывай все, как есть.

— Вы мне угрожаете? — поднял брови Гессер. — Право, это несколько пошловато. Раньше вы предпочитали куда более изящные методы — обман, интриги, многоступенчатые махинации… К тому же, у меня тоже в кармане осталось парочка трюков.

И уверяю — вам они не понравятся.

— Мы можем раздавить тебя прямо здесь, и ты это прекрасно знаешь, — прошипела вспыхнувшая женщина, приподнимаясь на стуле.

Парень предостерегающе положил ладонь на ее плечо. Сбросив руку, она наградила его коротким злым взглядом — но смолчала и уселась обратно. Мужчина беспокойно заерзал на месте, перестав улыбаться. Гессер же понял, что необходимо действовать тоньше и не заходить далеко. Как бы ему не хотелось сейчас поставить этих выскочек на место, еще не время.

Перегни он палку — и начнется свара, которая ему совсем ни к чему.

— Кажется, наша беседа пошла слегка не в то русло, — произнес мужчина. — Разве пристало нам вцепляться друг другу в глотки, подобно диким зверям?

— Полностью согласен, — кивнул Гессер. — Однако сказать мне нечего. То, чем я занимаюсь, сугубо мое личное дело, и я не собираюсь отчитываться ни перед вами, ни перед кем-либо другим.

На какое-то время в комнате стояла тишина.