Поход самоубийц

Еще в Итесе Рихтеру почудилось, что он уже где-то сталкивался с подобным созданием — и сейчас, глядя в горящие ненавистью желтые глаза, он укоренился в этом чувстве. Но размышлять об этом было некогда, так как чудище откинуло в сторону бездыханное тело и ринулось в атаку.

Один из инквизиторов пальнул твари в спину. Взревев от боли, она вмиг развернулась и вырвала ему глотку. Два других святых воинов вонзили ей в бок копья. Одним ударом переломав древки, чудовище отмахнулось от инквизиторов, точно от мух, а после прыгнуло прямо на Рихтера и прижало его к земле.

— Ты помнишь меня? Помнишь?! — зарычала тварь, оскалив полнящуюся кривыми клыками пасть.

— Я не собираюсь разговаривать с тобой, отродье! — выплюнул Рихтер, тщетно пытаясь дотянуться до пистолета. — Сегодня ты сдохнешь, как и все твои дружки!

— Митель! — продолжило чудовище. — Ты и твои люди убили всех его жителей и предали город огню. Всех, кроме одного. Вспоминай! Я хочу, чтобы ты знал, за какие именно злодеяния я разорву тебя на части и сожру твое черное сердце.

В памяти Рихтера что-то колыхнулось. Митель?.. Кажется, то было несколько лет назад — до Рихтера дошло донесение, что в одном захудалом провинциальном городке продолжают поклоняться лже-богу. И не тайком за закрытыми дверьми — вероотступники продолжают вести службы и даже вслух хулят имена Троицы, спасителей всего рода людского. Рихтер уже давным-давно не занимался подобной работой лично, но в тот раз решил сделать исключение, уж больно наглы были святотатцы, поэтому, собрав отряд, Рихтер двинулся в Митель и на деле показал, что бывает с теми, кто смеет сомневаться в Троице.

Однако Рихтер быстро отбросил все лишние мысли, почувствовав ладонью спасительную деревянную рукоять.

— Передавай привет своему любимому Всеотцу, мразь, — прошипел Рихтер, вскинул руку и приставил пистолет к морде чудища.

Выстрел отбросил тварь в сторону и едва не оглушил самого Рихтера — в ушах у него зазвенело, однако этого того стоило.

Подоспевший инквизитор занес над головой меч, чтобы прикончить тварь, однако она не собиралась так просто сдаваться невзирая на ужасную рану. Ухватив лапами щиколотки воина, чудище дернуло его на себя — а потом вскрыло ему глотку.