Кодекс Крови. Книга IV

Узор был двухцветный, сочетание красного и синего цветов было столь гармоничным, что охотница залюбовалась собственным отражением.

— Нравится? — пророкотал из-за спины насмешливый голос незнакомца, умудрившегося подкрасться незаметно к охотнице.

От испуга она выронила зеркальце из рук, но сработала выработанная за годы тренировок реакция, и охотница подхватила его на лету, не дав разбиться. Вернув чужую вещь на законное место, Кирана честно ответила:

— Нравится. Я была не в себе, но помню, что вы использовали для этого макры.

Незнакомец покачал головой с улыбкой и не ответил на вопрос.

— Будь добра, разлей похлёбку. Покорми мать бульоном, а потом сама можешь поесть.

Охотница не стала спорить, в точности выполнив все указания незнакомца. Всё это время она исподволь наблюдала за его действиями. Он методично делал записи в довольно толстом блокноте, а затем взял ещё один и принялся зарисовывать в него какую-то тварь с пометками о размерах, свойствах и причине смерти.

— Вам налить? — проявила вежливость Кирана.

— Пожалуй.

Незнакомец встал, потянулся всем телом и прислушался к звукам за пределами их маленького тёплого мирка. Охотница поставила перед хозяином дома тарелку с похлёбкой и отошла к Арве. Та как раз проснулась и тёрлась о ноги подруге, намекая на естественные позывы организма.

— Я могу разрешить Арве выйти на улицу? — Кирана сама не знала, почему спросила у него разрешения.

— Можешь, но все дела пусть справляет не дальше пяти метров от дома.

Кирана кивнула и передала наставления волчице, отпуская ту по естественным надобностям.

— Кто вы? — наконец, решилась задать мучающий её вопрос охотница. — Вы узнали мою мать и меня, но я почему-то сильно сомневаюсь, что вы — шаман.

— А он и не шаман, — хрипло отозвалась Нарва, но в её голосе было столько теплоты, что Кирана невольно вздрогнула, — это Киртас, мой несостоявшийся жених.

***

Княжество Рюген, замок князя Михельса Исбьерна

Княжеская семья Рюгена всегда славилась сильными магами земли. При необходимости они могли бы обнести всё княжество непреодолимой стеной, защищаясь от датских захватчиков, но предки Михельса были умными и предусмотрительными людьми. Жизнь в полной изоляции привела бы к вырождению. Они предпочли заключить союз с датскими монархами.