Боги вне подозрений

– Что ж, с этим не поспоришь, – медленно произнес Шаи, мысленно прикидывая, как в этой ситуации поступить.

– Мы не просим немедленного ответа, – верно истолковал возникшую паузу глава Дома. – Полагаю, вам требуется обсудить наше предложение с коллегами.

– Пожалуй, – кивнул Фелл.

– Сколько вам требуется времени?

– Трудно сказать, но ответ мы дадим вам сегодня, – склонил голову Шаи.

– Благодарю, – повторил его жест корен-нен. – Надеюсь, вопрос решится в нашу пользу и как можно быстрее.

– Уверен в этом.

Протекторы поклонились, еще раз пообещали вернуться до заката и вышли вслед за Лигардом.

– Полагаю, мне нет нужды напоминать господам о необходимости сохранять сказанное здесь в тайне, – произнес он, закрыв двери.

С высоких потолков все так же струились полупрозрачные занавеси, играя с тенями. Но это не помешало разглядеть тот самый холод в золотых глазах Лигарда, который дал ему прозвище.

Дураков в протекторах насчитывалось куда меньше, чем в других категориях населения.

– Ну, что скажешь? – хмыкнул Шаи, как только они чуть отошли от ворот этого странного дома.

Сказанное Гархаэтом вряд ли бы понравилось ревнителям чистоты речи, зато очень точно отображало эмоции, владевшие здоровяком.

Фелл усмехнулся.

– У меня те же чувства. Брр, – передернул он плечами и поправил сползшее просторное одеяние.

– У меня от этой компании почти кровь заледенела! – выдал Рыжий.

– Не совсем. И потом…

– Ой, не хочу щас еще нашего командира обсуждать. Давай пожрем чего-нибудь. Эх, выпить бы! – И добавил без перехода: – Вот уж точная кличка – до сих пор мороз по коже!

– Чейхуа-то можно! – Горячий травяной настой отлично согревал и тонизировал.

Однако Рыжий только скривился, потом махнул рукой и еще раз ругнулся:

– Пошли, что уж делать.

Шаи хохотнул, подмигнул проходящим мимо девушкам и попытался сориентироваться:

– Знаю я тут недалеко симпатичное местечко. И поговорить можно, и откушать, и чейхуа выпить.

О Майрэле они не волновались, зная, что этот кот откуда угодно выберется. И не ошиблись, стоило им усесться в «симпатичном местечке», оказавшемся неплохой – светлой, в меру людной – таверной, как барс не замедлил появиться.