Дамнат

А запасов продовольствия, по слухам, хватит максимум на пару месяцев.

– Эх, а народу-то, – протянул Кир Ослепительный. – Кошмар. Откуда столько народу-то? Земли не видать…

– Ждёшь, когда кто-нибудь пустит тебе болт в лоб? – ехидно поинтересовался Тимьян. Он частенько подшучивал над этим щеголем. Чего тот вполне заслуживал.

Кир повернулся к нему.

– А там и некому.

– Чего «некому»? – фыркнул Тимьян. – Изъясняйся понятнее, задница.

Кир терпеливо вздохнул и сказал:

– Там варвары с севера. У них кроме топоров ничего нет.

– Верно, – подтвердил Аркера. – Ихними дубинами только кур убивать.

– А вот интересно, – Кир почесал щеку, – почему же одни дикари-то? Добеи, биммы, кто там еще? Дикари, одним словом. А где ж имеры? Хотелось бы взглянуть на них, хоть глазком.

– Это будет последним, что ты увидишь в своей никчемной жизни, Ослепительный, – прозвучал зычный голос Эндра.

– Ого, вот и командир, – сказал Тимьян и потянулся.

– Пошел куда-то. По делу. Вечно его куда-то несет. Тут с минуту на минуту сеча начнётся, а он…

– Правильно делает, – сказал вдруг Мёд. Он скрестил руки на груди и высокомерно – был у него такой грешок – взглянул на толстяка. – Ты куда торопишься? Сдохнуть мы всегда успеем.

– Умно, – кивнул Эндр, коротко рассмеялся и повторил: – Умно. А может, и правда лучше поскорее покинуть этот сраный мир? – Эндр мотнул головой в сторону храма, где вот уже часов семь трудился неутомимый звонарь.

– Один калека мне сказал как-то, – изрек Мёд с глубокомысленным видом, – что несмотря на все ограничения, наложенные на него богом, жизнь таит в себе много возможностей, которыми грех не воспользоваться.

Эндр снова кивнул.

– Умно. Ничего не скажешь, умно. В общем, пошел ты к чертям собачьим, Мёд. Не морочь мне голову. Мне ее и так уже сегодня основательно помучили.

– Чего там, наверху? – поинтересовался Аркера.

– Ничего хорошего, – ответил Эндр.

– Что ж тут удивительного, – сказал Аркера. – Кипр хочет сдать город.

– Не совсем так, – буркнул Эндр, посмотрев на равнину. – Он хочет… как это… евакуировать принца и принцессу. Сберечь королевскую семью – вот что старый хрыч болтает. Это, дескать, даст народу надежду. Но вообще-то он задротыш. Поэтому его и не любят.

– Анастасий не лучше, – сказал Тимьян, не открывая глаз.