Дамнат

– Будьте благоразумны, и я даже не заберу ваш крючок, – продолжила она. –Вот такая я добрая… В отличие от моего спутника. По разбитому носу вашего подмастерья вы уже должны были понять. Что это, кстати? Я о крючке? У кузнеца это, должно быть, что-нибудь вроде ножичка…или точильного камня. А?

– Монетка. Простая золотая монетка, выкованная вместе с изваянием Кру. Благословенная вещь. Кру благословил ее в пламени моего горна.

– А… Монетка, понятно. Давайте уйдем отсюда. Мне здесь как-то неуютно.

– Тогда пройдемте в беседку.

«Слишком ухоженный сад, для простого кузнеца», – подумала Лив, разглядывая ровно подстриженные клумбы и россыпи цветов. Среди них расхаживали, кроме Тернии, еще две нагие девушки. Родерих провел гостью в увитую виноградной лозой беседку, где на круглом гладко отшлифованном дубовом столе стоял кувшин и две чашки.

– Выпьете? Вино собственного изготовления.

К кузнецу опять вернулась проклятая обходительность.

– Тоже дарицы? – не обращая внимания на предложение, поинтересовалась Лив, указав на девушек.

– Тоже, – не моргнув глазом, ответил Родерих.

– С чистой и незапятнанной душой?

– Пока нет, но… Требуется время.

«Ох и подлец. Ну и шут с ним, развратником».

– Скажите, разве сама статуя не является крючком?

– Да что вы! – махнул рукой Родерих. – Куда уж мне, простому-то кузнецу. Такой большой накопитель сможет осилить разве что… сам камилл.

Родерих многозначительно вздернул бровь.

– Знаете что? – гневно отрезала Лив, – я скажу словами Капканщика, моего спутника: таких, как вы, камилл Рогволод видит разве что на виселице.

Родерих налил себе вина, пригубил.

– Вы пришли в мой дом, – сказал он. – Избили моего подмастерье. Угрожаете мне. И при этом надеетесь, что я вам помогу. А между прочим, я единоверец с камиллом Рогволодом. Круане своих не бросают...

Лив засмеялась.

– Ах, если бы вы знали Рогволода так же хорошо, как я… Если бы вы знали, кто такие круане на самом деле...

В этот момент в беседку вошла одна из девушек.

– Может, пригласишь новенькую на наш сладкий шабаш? – томно поинтересовалась она, обняв кузнеца за шею и призывно взглянув на Лив. Где-то в саду захохотала Терния.

– Ты что, дура?! – взорвался Родерих, оттолкнув девушку. Она оторопело посмотрела на него. Узкий лоб, нос картошкой – типичная деревенская простушка. Лив так и назвала ее про себя – Картошка. Терния заливалась смехом. Решила подшутить над подругой.