Дамнат

Трактирщик – Дёготь, тут же назвала его Лив, – как и остальные долго ждал, когда же, наконец, незнакомец вымолвит хоть слово (на Лив, робко прятавшуюся за спиной спутника никто не обратил внимания, что ее, если честно, немного задело). Но Капканщик молчал, глядя трактирщику в глаза с какой-то роковой неотвратимостью. Трактирщик не выдержал (чего и следовало ожидать) и отвел глаза, буркнув при этом:

– Кто такие? Чего надо?

– Мы хотели бы подкрепиться, – ответил Капканщик, сев на свободное место. Лив осталась на месте, держа обоих лошадей под уздцы.

Вот тут все уставились на нее. Кто-то сказал:

– Ух ты, какая!

– Жопа плоская и сисек нет.

– Заткнитесь, идиоты! – рявкнул трактирщик. Лив шмыгнула за стол, поближе к Адриану. За время странствий мужчины не раз отпускали в ее адрес шуточки, почище этих. Несколько раз ею пытались овладеть силой, но Адриан был начеку. Но зачастую до этого не доходило. Мужчины, даже самые разбитные и безбашенные неизменно охладевали, стоило услышать, кто она и кто ее спутник.

– Это не кабак, – нагло сказал Трактирщик, несмотря на наличие посетителей в изрядном подпитии. Кое-кто уже дремал, положив голову на стол. — У нас тут пьяницам не рады.

Капканщик молчал, равнодушно разглядывая лес.

– Ты слышал, чего я сказал? – повторил Дёготь.

– Добрый человек, – вмешалась Лив. – Мы издалека…

Трактирщик воззрился на нее с такой яростью, что она отшатнулась.

– Мы пришли издалека, – продолжила она, собравшись с духом.

Услышав последнее, народ стих. Кто-то застыл, не донеся кружку до рта.

– Скажем так, нехорошего человека.

– Дак это ж охотнички! – вскрикнул старичок, худой и весь какой-то ломкий. – Во-от братцы! Вот и дождалися, шоб мне повалится!

– Заткнись, старый! – осадил старичка Дёготь.

– А чего такого-то, Индро?

– Заткнись, я сказал.

Деготь, ах, нет… Индро не сводил с девушки глаз.

– Нам бы поесть, люди добрые, – сказала Лив, глядя на свои руки.

– А «скоро» – это когда?

– Не ваше дело, – ответил Капканщик и кинул на стол пару серебряных монет.

– Понял, – сказал трактирщик, засовывая монеты в карман. Хотя выражение его лица никак не изменилось (наверное, родился с такой скверной миной на физиономии, подумала Лив), он немного смягчился.Да и прихлебатели приободрились.