Холмы Мастеров l Душа Махабира

Больной рукой Рюга отвела удар женщины, схватила ее за затылок и со всей силы впечатала в грудь Катоша. Тот даже не пошатнулся, — «Тяжелый гад...» — думала Рюга, подсознательно готовясь к драке и с ним.

Первый мужчина подкатился в ноги и скрутился спиралью, подкосив девушку на песок. Четвертый парень прыгнул на нее, готовя двойную атаку ногами. Гон напрягла жилистый пресс до предела и проглотила удар. На миг прыгун глянул на ее грудь. Следом скрючился в жутком крике, как и то, что было у него между ног.

Первый решил продолжить захватом внизу, но девушка освободила одну ногу и затоптала его серией жестких ударов.

Встала.

Третий с окровавленным лицом оклемался, поднялся. Рюга нанесла резкие удары по прыгуну и четвертому бойцу так, чтобы они точно не поднялись.

Катош хладнокровно наблюдал.

После гон вышла на одну линию с оставшимся. Он попытался пнуть песок ей в лицо, но гон даже не дернулась.

Мужик шатался, его маска сползла, за ней смуглое лицо в бородавках и разбитый нос. Так сильно, что кровь лилась густыми занавесками.

— Еще раз нападешь, станешь уродом навсегда, — сказала Рюга, лукаво наблюдая за реакцией четвертого, — хотя, хуже уже не будет...

Эффект был, но как только краем глаза парень глянул на Катоша — побежал в бой. Нога гона влетела как копье, выбила зубы и окончательно раскрошила нос.

Женщина в ногах Катоша очнулась и посмотрела на хозяина. Словно кучку помета он присыпал ее вялым движением огромной стопы.

— Позор, — вымолвил камнелюд. — Схватить ее.

— Эй! Урод ты сказал, что отпустишь меня! — Проорала Рюга.

— Нет. Только, что пощажу.

Веер глеф окружил гона. Она наклонила голову, часто дышала, красные глаза, раскрытые на максимум, впились в спину камнелюда.

— Я хочу...

Рюга выхватила глефу у самого неуверенного стражника, нырнула ему за спину, получив пару порезов, она вихрем порубила двоих и метнулась к черному камнелюду.

Лезвие глефы изогнулось как лист бумаги, противно прогудев. Рюга сменила хват и ударила черенком прямо в затылок — древко сломалось. Катош не поворачиваясь поднял ладонь. Суета стихла, его свита не стала нападать на девушку.