Смородина пахнет гнилью

— Господа, прошу вас освободить столик.

После этих слов Федя и Катя сразу вскочили. Я схватил Федю за плечо и надавил, заставив сесть обратно. На Катю подействовал мой насмешливый взгляд и здоровяк тоже сел.

— Вы нас прогоняете?

— Как можно, господа? — изобразил искреннее удивление официант. — Просто, исходя из ваших последних заказов, я делаю вывод, что вы уже сыты. На пьющую компанию вы не похожи, поэтому не вижу причин задерживаться вам здесь на всю ночь. Будьте добры, освободите столик для тех, кто ещё не ел и не пил.

Катя, которому последние слова официанта нанесли точный удар по совести, снова вскочил.

— Стива, может правда пойдëм? — неожиданно подключился Борислав. А вот от тебя, брат, не ожидал.

— Но у нас есть причины остаться здесь: ваши удобные диваны, — возразил я официанту.

— Это против наших правил. Мне придëтся позвать охрану поезда.

— Это одарëнные мастера во главе с магистром, — прошептал Федя.

Всë серьëзно. Такого отряда вполне хватит, чтобы остановить молодых неумех. Я посмотрел на руку Борислава, где рядом с кольцом рода располагался перстень одарëнного адепта.

Свой я как снял, так больше и не одевал. Неужели мы с братом сильнейшие пассажиры в этом поезде? А если так, то куда деваются более сильные одарëнные, откликнувшиеся на столь щедрое предложение императора?

— Зачем? — я обворожительно улыбнулся. — Предпочитаю решать вопросы мирным путëм. Сколько?

— Что сколько? — затупил официант.

— Выражусь иначе, — я достал кошелёк и принялся перебирать купюры. — На какую сумму развесëлая компания выпьет напитков за один час? Рублей на десять-двадцать, судя по вашим ценам? Напившись, конечно, станут заказывать поменьше.

Но я, великодушно, не буду это учитывать, — я протянул официанту три купюры по сто рублей каждая. — Этого будет достаточно, чтобы вы не беспокоили нас до утра?

Официант глупо взглянул на деньги, явно пересчитал их несколько раз, выхватил их из моей руки и споро откланялся.

— Можно было на сотню меньше дать, — прокомментировал мой поступок Борислав.

— Обещай чуть больше, делай чуть больше, давай чуть больше, — процитировал я отрывок древнего писания из прошлой жизни.

Борислав удивлëнно покосился на меня, свернул пиджак калачиком и положил его на стол.

— Ладно, вы как хотите, а я попробую поспать.

— Я тоже, если можно, — попросил Федя.

— Тогда давай поменяемся местами, — я пропустил полурослика к окну и обратился к Кате. — А ты?

— Я могу несколько дней не спать. Отдохну в Академии.

— Как знаешь.