Шанс для рода Шустовых. Том 5

— Не спешите Никита Васильевич, ведь на границе неспокойно. В наш мир только что шагнул Разрушитель.

Глава 2

— Черт! — выругался я. — Если Разрушитель уже здесь, то нужно спешить! Ведь иначе он уничтожит этот мир. Так?

— Так, — согласился Император. — А спешить или нет, сам решай.

Император улыбнулся и пожал плечами.

— Что значит сам? Это же всех…

Договорить я не успел. Император сделал ручкой и исчез, не дослушав.

— … касается, — я все же договорил фразу до конца.

За спиной тихим харкающим смехом зашелся Корсаков.

— Ты думал, он помогать станет? — прохрипел он.

— Но ведь это общее дело. Или если участок границы мой, то и разгребать все должен я сам?

— Именно! — хрипло усмехнулся Корсаков. — Согласен, это не честно, но как я и говорил, Император давно положил на дела империи. Его больше интересует обретение большей силы.

— Но для чего ему сила и власть, если мира не станет! — воскликнул я.

— Вот и я задавал себе тот же вопрос. Только ответа так и не узнал.

За спиной раздались шаги. Я был готов увидеть кого угодно, даже самого Императора во плоти, но это оказалась Настя. Девушка неуверенно шла, ступая по неровной выжженой и одновременно раскисшей от воды дороге, и не отрывая взгляда внимательно разглядывала старика.

Настя остановилась в нескольких метрах от нас и замерла, словно до нее дошло, кто перед ней.

— Нет, нет-нет, — зашептала девушка. — Как такое могло случиться?

Я развернулся и двинулся к ней на встречу. Протянул руку, успокаивая Настю, но она никак не реагировала на мои действия.

— Все в порядке, твой отец просто сильно постарел.

— Он должен был умереть! Я едва услышала, что все стихло, забеспокоилась, а когда спал кокон, вообще невесть чего понадумала. Рванула сюда, уже мысленно попрощавшись с тобой. А тут!

— Да успокойся ты! — я немного повысил голос, чтобы девушка меня услышала.

— Он снова обманет тебя! Ему же нельзя верить! — не унималась Настя.

— Не обманет, — уверенно произнёс я.

— Точно? — недоверчиво спросила девушка. — Ты в этом так уверен?

— Он добровольно отдал мне покровительства и Сиврока, и Литока. — Это…

Настя вдруг замолчала на середине фразы.