Трёхлапая ворона

Теперь с Лирой как-то надо строить отношения. Раньше я подкалывал Эда, теперь он будет меня подкалывать. Интересно, как к этому отнесутся Фелиция и Ранф. Хотя уж как-нибудь договоримся. В конце концов, я не иждивенец, и в крайнем случае могу устроится в любой боевой круг волшебников, да и в том же Воронье, думаю, меня будут ждать с распростёртыми объятьями…

Но есть ещё одно дело. Оно не было моим, и мне было плевать, пока это не зацепило меня и тех, кого я знаю и ценю. И с этим делом надо разобраться. Я уже чувствую, что паззл почти сложился, не хватает какой-то маленькой искры, детали.

— Джаспер, – донеслось из-за двери.

— Чегось?

— Подойдешь?

Я вздохнул, прихватил первый попавшийся тазик и пошел к спальне. Открыл дверь. Посмотрел на кровать.

— А ты чего с тазиком? – спросила Лира, которая была в ночнушке и расчесывала волосы.

— Я думал, тебе плохо.

— Не, я не настолько сильно выпила. Ложись.

Синий экран смерти, мой давний друг…

— А… Эм…

— Не знаю уж, что ты там себе надумал, – Лира прищурилась, – Но я хочу просто с тобой полежать.

— Ладно, – пожал я плечами и начал было снимать рубашку, чтобы перекинуться в кота, как вдруг:

— Только в этом виде. Не кошачьем.

— Ну ла-а-адно…

Я застегнул часть пуговиц, оставив разве что воротник посвободнее, снял туфли и запонки, после чего лег на са-амый краешек кровати. Оглядев мое положение, Лира рассмеялась:

— Ты бы ещё в ноги лег.

— Я тоже смущаюсь! – беззлобно огрызнулся я.

— Да ладно тебе, ложись нормально.

Я вздохнул и принял более свободное положение. Лира тут же плюхнулась на кровать, укуталась в одеяло и, резво подползя ко мне, уложилась головой мне на плечо.

— Да-а-а, – блаженно вздохнула она. – Все как я читала в романах…

— Чего это ты такое там читала?

— Я же не все читаю одни гримуары. Надо и отдыхать.

— А, вспомнил. Ты недавно держала в руках… Как там было…

— “Единственный выход для герцогини – замужество”, – чуть смущаясь, ответила Лира.

— Да. И что ты оттуда вычитала?

— Там Алисерра так же легла на грудь своему гвардейцу, которого любила. Автор так подробно описывала чувство защищённости, что мне захотелось попробовать. И да, это приятное чувство.

— Из меня плохой защитник, – с горечью ответил я.

Лира даже приподнялась на локтях, с искренним недоумением смотря на меня.

— И с чего ты это так решил?

Вместо ответа я тоже приподнялся и провел большим пальцем по ее лбу, отмечая шрамы.