Трёхлапая ворона

Арно, так и не снявший маску, остался присматривать за нами.

Когда нас вежливо выпроводили из кабинета под предлогом необходимости продолжения работы, Арно решил проводить нас в местную столовую.

Пока мы шли, случился небольшой эксцесс. Со всеми этими переменами в жизни я совершенно забыл, что сильно превысил дозировку специального элексира от Ранфа, и его действие наконец закончилось. Вот я спокойно шел, погруженный в свои мысли, хлоп – и я нахожусь в душном, пропахшем кровью и порохом мешке, из которого нет выхода.

— Хах, а я уже отвыкла, – улыбнулась Гиз, не спеша выпускать меня из объятий.

— Да я тоже, – хмуро сказал я.

За два дня беспрерывного нахождения пусть и в маленьком, но все же человеческом теле я совершенно запамятовал, каково это – быть в тельце лысого кота.

Ну, вообще, не так плохо. Ходить даже удобнее, вот только все мои пончо, в которых я обычно щеголял, сгорели вместе с поместьем.

— Эд, будь другом, порви рубашку на пончо, если можно.

— Хм, – парень задумался, вертя в руках лохмотья рубашки, – Даже не знаю. Сделать из рукава или ворота?

— Давай воротник. Широко – не тесно. Ещё нужен какой-нибудь хлястик, и дырка под хвост.

Внезапно ожил Арно:

— Вы простите мне моё любопытство, но что происходит? Вы и так не были самым обычным человеком. По крайней мере, запах у вас был интересный, и эти уши… А теперь вы и вовсе кот, причем такой, понимаете, экзотичный.

— Да, все так, – согласился я. Правда, сейчас очень сильно страдал мой имидж – нелегко вести светскую беседу, пока тебя держит на руках и гладит девушка. – Только вот я несколько необычный даже по меркам оборотней. Это – моя настоящая форма.

— Удивительно, – восхитился Арно.

— А вы простите мне моё любопытство?

— Конечно. Вы ведь хотите, чтобы я снял маску?

— Ну, у вас несколько нечеловеческое строение, – сразу признал я свои намерения. – Особенно ноги и отсутствие хвоста.

— Ну, так я и не человек, – легко признал Арно и снял маску.

Ну и что? Ну и я охренел.

Лицо Арно было жутковатым – четыре небольших глаза, расположенных одной полоской, широкая пасть с частоколом таких же широких и плоских зубов и длинным языком, а нос, двумя вытянутыми дырочками, располагался лишь чуть ниже глаз. Все это, вместе с синевато-черной кожей, вызывало какое-то лёгкое внутреннее отвращение, которое, впрочем, было легко игнорировать.