Книга 5. Пожиратель Армий. Часть 1

Мол, зона, оберегаемая одним-единственным Майигу не может быть стабильной настолько, чтобы махнуть на неё рукой и не держать там никаких гарнизонов.

И землю именно в этом районе я выбрал, объяснив тем, что в случае чего хочу не допустить продвижения имперских армий вглубь территории страны. А по поводу того, что вторжение произошло именно в тот момент, когда появился я, у меня был железобетонный ответ.

Из-за меня же и вторглись. Из-за того, что Золла заполучила свой пятый столп и империя, похоже, больше не могла игнорировать эту свою границу.

Я обсудил это с теми из своих подчинённых, кого знал дольше и доверял больше, и мы сошлись на том, что это действительно здравый аргумент.

Из-за географических особенностей получалось так, что на всего около трёхсот километров границы империи приходились одновременно территории Золлы, огромного и мощного королевства Трёх Праведных, а также куска диких земель с Черепашьей рекой – владениями крайне сильного Майигу, сравнимого с Пятью Великими и Фирсторном.

Даже огромная Палемская империя не обладала бесконечными ресурсами, а ведь они вели войну, по сути, со всем миром.

А когда Золла заполучила ещё одного одарённого уровня восьмой ступени, которых и в самой империи было не так, чтобы много, у палемцев, условно говоря, не выдержали нервы.

С какой бы стороны я ни смотрел на эту версию, она продолжала казаться мне вполне правдоподобной. Более того, хотя я точно знал, что вторжение не произошло бы так скоро, если бы я не утащил за собой Дьюллу, я даже не мог утверждать, что придуманная мной причина не стала реальной мотивацией имперцев.

Да, вероятно где-то там из-за кулис третий сын Палема в полном бешенстве из-за того, что у него украли любовницу, занимался эскалацией этого конфликта и подталкивал войска к наступлению.

Но людям-генералам имперской армии, если откровенно, должно было быть совершенно наплевать на то, что там у Майигу за проблемы с личной жизнью.

Так что, как бы Кримзон меня ни подозревал, никаких реальных обвинений мне предъявить он бы не смог. По крайней мере пока не обнаружил бы у меня в особняке Дьюллу, переваривавшую недавно осуждённого на смертную казнь насильника и убийцу.

Да, он мог, по праву короля и тирана, обвинить меня и наказать без каких-либо доказательств.