Напролом

Дальше на восток обширная равнина свободных людей, где жили земледельцы и скотоводы, торгующие продовольствием как с ильнуирцами, так и с Альвсгриммом, и с эльфийскими княжествами северо-востока, включая Иллерион, Трабат и Аквенил с Элисарисом. Дальше на север и восток простирались предгорья владений Иллерион. Самый лучший путь вёл через равнину, сразу на север, во владения Элириос. Но сколько ехать? Есть ли там корм для лошадей? Живут ли люди или эльфы? Местность севернее Горного Замка изобиловала белыми проплёшинами.

Не получится ли этот путь дорогой в один конец?

Я видела колебания Зетрейна. Ему, лесному жителю, всю жизнь прожившему в пределах лесного королевства, путь на север казался далёким и гибельным.

— Моя судьба зовёт меня туда, — начала свою речь я, отдав карту рыцарю. — Но я не призываю вас следовать за собой, потому что чувствую грозные и опасные события впереди. Я не вправе приказывать вам ехать со мной. Как только мы минуем опасные земли, и выедем на равнину скотоводов, вы вправе покинуть меня и ехать своим путём.

— Госпожа! — воспрял Зетрейн, но Тэрил перебила его, негодующе сверкнув огнём синих глаз, искоса уставившись на меня.

— Я тебе уже говорила! Не вздумай выгнать меня! Так просто тебе не отделаться!

Я чуть не прослезилась, и даже пришлось отвернуться, чтобы скрыть облегчение. Всё-таки неспроста эта прекрасная юная блондинка подружилась с Алексой. Пусть станет и моей подругой. До самого конца, каким-бы хорошим или плохим он ни был.

— Хорошо, милая Тэрил, а сейчас... — я не успела докончить фразу, что надо бы прибавить ходу, как Тэрил хлопнула свою белую кобылку по шее, что-то шепнула ей и, обернувшись ко мне, задорно крикнула :

— Вперегонки! Кто последний, тот проиграл!

Завизжав от радости и восторга, она пустилась во весь опор.

Не удержалась и я, приказала своем чёрному коню скакать за ней. Радость и счастье... Как долго я была лишена всего этого за мрачными стенами Горного Замка... Была ли у меня настоящая жизнь? От души смеясь, я скакала и радовалась всему, как маленький ребёнок, впервые покинувший самостоятельно колыбель, и узнавший, что кроме белой клетки младенческой кровати существует и другой, более высокий и интересный мир. Солнце, ветер, шёпот трав и деревьев — всё приводило меня в полный восторг.

Серьёзный Зетрейн тоже не мог удержаться, и постарался догнать нас. Ему пожалуй что, было трудновато, таща за своим конём ещё вьючную лошадь с припасами. Так наш маленький караван покрыл за короткое время несколько лиг.