Мятежный князь. Том 7

«Амарант» окажет вас посильную помощь, можете не сомневаться, но я хочу, чтобы вы были готовы заранее. И были готовы вломить нашим общим врагам в момент нужды.

— Можете не беспокоить, юный князь. Это бы я сделал и без вашего визита, — заверил меня мужчина, — Но я скажу спасибо, за то... что дали мне время, чтобы подготовить к худшему.

— Так что, в кабинет ворвутся ваши солдатики, чтобы отвести меня в цепях к Императору? — ухмыльнулся я.

— Пожалуй, мы обойдемся без этого, — фыркнул Карпов, обходя стол, — Но я скажу так, Марк Ливен.

Адмирал застыл громадной тенью надо мной.

— Я не одобряю того, что ты планируешь сделать. Но я понимаю твою позицию. Она мне даже близка в каком-то плане. И всё, что я могу сделать, это пожелать тебе удачи. А также пообещать, что я буду удерживать Восток столько, сколько потребуется. Что бы ни случилось.

Адмирал Карпов протянул мне ладонь для рукопожатия.

— Что бы ни случилось, — произнёс я, протянув свою руку.

И мы улыбнулись друг другу, не как два чужих друг другу человека, но как два друга-заговорщика.

Коими мы, по сути, теперь и являлись.

***

Возвращение в Санкт-Петербург произошло тихо и спокойно.

Я зашёл в Портальную арку во Владивостоке, а вышел уже на юге столицы.

— Господин Марк? — на выходе меня уже встречал водитель с заготовленным бронированным седаном.

— Это я, — улыбнулся я.

И мы поехали по ночному городу. Столица практически не изменилась за два года. Всё те же здания, всё та же роскошь. Всё те же люди.

Но уже совершенно другой я и совершенно иные планы.

Ставки выросли, число союзников увеличилось в разы, а моя решимость покончить со всем была сильна как никогда.

И вот настал момент остановки.

Слуга открыл мне заднюю дверь, склонившись в поклоне.

Меня приветствовал новый особняк рода Ливен.

— Добро пожаловать домой, патриарх, — произнёс слуга.

— Да здравствует Ливен! Клан Ливен! — громогласно рявкнули солдатам построившись в две стройные линии по сторонам.

Снаряженные в экзоскелеты, удерживая под углом новый стяг клана Ливен, окровавленный клинок на чёрном фоне.

Символ предстоящих перемен и всех тех жертвы, что мы уже принесли.

У входа в поместье опустили головы главы вассальных родов, все те, что когда-то пошли за Ливен и Багратионами, и которые готовы были сделать это вновь. Здесь же стоял и Азамат Гжатский, отец Василия.

Мелькали среди них и новые лица. Это были люди, которых я приблизил и которые были мне обязаны по тем или иным причинам.