Сын природы

Но мир-дружба-жвачка так и не наступили, потому что, не имея возможности творить зло лично, демонюги и их божество развращают души людей, нашёптывая им всякие гадости из серии: убивай, грабь, насилуй, доминируй, унижай. В общем, классическое «это не я плохой, это меня бес попутал» на уровне религии. Разумеется, бывают у тёмных сил и адепты, которые пытаются их вернуть, куда ж без этого. И главный страх верующих в том, что их душонка отправится не в местные рай или ад, где можно поскитаться, раскаяться да переродиться в какую-нибудь зверушку или букашку для искупления, а отправиться за кромку мира, где бессмертная душа будет сожрана без остатка.

Собственно, этим я и пугал.

Глазомер у меня был неплохой, окружность удобным ножом начертить удалось довольно ровную, затем настало время пентаграммы, а после неё я начал выводить по углам слова на русском. Символов этих тут никто не знал, так что они должны были смотреться достаточно загадочно, хотя на деле вышло «призываю», «дух», «Сталина», «строить», «коммунизм».

Пять лучей звезды, пять слов. Мох был не самым приятным материалом, но я справился. Пленник же активно молился вслух всем богам, заставляя остальных людей бледнеть. Но языческие боги, как это у них принято, положили божественный болт на искреннюю молитву, а бывшим караванщикам не хотелось на меня нападать. Они после общения с бандюганами ходили-то с трудом, да и проскакивали в их взглядах некоторые нотки злорадства. Особенно у женщины… Не удивлюсь, если её тут успели попользовать, а бабы такое не прощают.

– … клянусь верно и праведно служить вам, всюду нести добро и справедливость, – тем временем уже подвывал земельник.

– Врремя на рраздумье вышло, – хмыкнул я, взял парня за шкварник и потянул в центр пентаграммы. – Да и не перреживай ты так, всё будет быстро и почти безболезненно. Только тут тебя немного поррезать придётся, но я постараюсь аккурратненько. Не зверь же какой. Полежи тут пока.

Оставив жертву в центре ритуального круга, я пошёл и восстановил разрыв линии, оставленный телом, протащенным по земле. Парень же перестал подвывать молитвы и стал пытаться уползти, но с перерезанными сухожильями получалось у него паршиво. Никак не получалось, в общем–то. Я же отложил металлический кинжал и достал тот, что из рога. Вообще, по слухам, тёмные жрецы пользовались каменными, не признавая железо, но тут главное, что не металл.