Симбиоз 2. Реакция

— О стране, значит, думаешь? — хоть голос командира и казался спокойным, в нём звенела такая сталь, что все сидящие за столом замерли в ожидании того, куда заведёт Фёдора и Прохора этот разговор. — Напомни мне, ты ведь заявлен на участие в следующей миссии?

— Конечно, — невозмутимо хмыкнул “Ключ”, изучая содержимое тарелки. Похоже, он был единственным, кто не замечал неладного, и того насколько “Порох” был серьёзен. — Во время следующей миссии нужно будет добывать много ресурсов, а транспортировать его лучше всего с помощью экзоскелета.

— Ага, — заключил Порохов. — Как я понимаю, ты ставишь на то, что бронекостюм сможет защитить тебя от всех опасностей?

— В деревне он меня уже защитил, — подал плечами Разводной.

— Что-то ты путаешь, Федя. Ты же, вроде как, обладал феноменальной памятью, да? Я вот помню ситуацию иначе. Если бы “Инженер” с “Ведьмой”, — командир поочередно кивнул на меня и на Ольгу, — твои боевые товарищи, не стащили с тебя “Чеха”, когда тот тебя разбирал, ты бы вряд ли здесь сидел.

— Возможно, — согласился Ключ, — Но ведь и ты против него не выстоял, — Фёдор тоже отложил свою ложку, так и не начав есть.

— Да, я в одиночку не справился с “Чехом”. И сделал из этого соответствующие выводы. Потому сегодня и пахал наравне со всеми. Чтобы в следующий раз такого не повторилось. А почему ты не был на тренировке?

— Но я всё же научный сотрудник, а не боец, — веско подметил Разводной.

— Значит будешь стоять в стороне, если нас убивать будут?

— Товарищ лейтенант, зачем вы так? — начала было Ольга, но Порох так глянул на неё, что она тут же умолкла.

— Да, товарищ младший лейтенант. Зачем вы так? — произнёс на этот раз “Ключ”. — Я ведь ни разу в стороне не стоял.

— Не стоял, — согласился Порохов, — но был ли ты максимально эффективен?

— Ну, помог, чем смог, — хмуро ответил Фёдор.

— Вот, чтобы смог больше, и при необходимости знал как действовать для спасения товарищей, мы и тренируемся, Федя.

На это, нашему научному сотруднику ответить было нечего. Да и согласен я с Пороховым. А главное, что меня поразило, так это тактичность командира. Но это правильно, думаю, ничего хорошего бы не вышло, если бы он начал орать.

— Молчишь? Это хорошо, — продолжал Прохор.