Карты, деньги, два клинка. Том 1

Неужели ты совершенно не догадываешься о том, кто я такая? Твоя неосведомленность меня несколько… обижает, Георг Дарвис. Или же… Даггер? Так ведь тебя называют в народе?

Напрягся, как только услышал звуки своего имени. Мало кто владел информацией подобного рода, да и сам я не стремился сближаться с людьми. Даже с самыми преданными юстициарами. На то у меня имелись причины. Достаточно весомые.

— Могу дать тебе небольшую подсказку, — снизошла женщина, кокетливо склонив голову набок. Глаза ее смеялись, пусть и на лице застыла гримаса недовольства.

— Интересно было бы послушать, — подыграл ей.

— Просто не припоминаю, чтобы нанимала кого-либо в качестве своего волеисполнителя, — растянулись ее губы в широкой улыбке, и этих слов мне вполне хватило для того, чтобы понять, кто же на самом деле изъявил желание познакомиться со мной в столь гадкий вечер.

Неожиданно. И не сказал бы, что приятно.

— Талия, — произнес ее имя, едва шевеля губами.

— Вот так бы сразу, — незамедлительно кивнула она, подавшись вперед. Полные груди, обтянутые тканью мужского камзола, коснулись поверхности стола.

— Забитая подпитыми вояками таверна — не лучшее место для богини.

— Я и так не часто выхожу в свет. Хочется ведь и на смертных поглядеть, и себя показать, раз уж выдалась такая возможность. Не поверишь — даже на подпитых вояк. А в частности — на тебя.

Талия — богиня истины и справедливого суда, отыскала меня в огромной Аскании среди тысяч смертных душ, хоть не слышала от меня ни единой молитвы.

— За труды ты снискал себе имя, славу и приличную сумму для того, чтобы обеспечить своих людей до конца их жизней.

Краем глаза заметил, как шестеро крепких мужиков за дальним столом одновременно поднялись с мест. Все, как один, вперив в меня горящие праведным светом глаза цвета всё той же бирюзы.

Но этот стол был не единственным. Создавалось впечатление, что присяжные сидят сейчас за каждом из них. Здесь нет ни одной живой души, окромя меня.

— Но терпеть это безобразие и дальше я не намерена, — резко посерьезнела Талия, и улыбка моментально испарилась с ее лица. — Раз уж ты считаешь себя столь истовым слугой справедливости, я дам тебе возможность выслужиться… мне.