Карты, деньги, два клинка. Том 1

Разделяя меня с ними, Талия внутренне ликовала. Лишний раз упивалась победой, но вкушать ее плоды она более не сможет.

Временно утратив всякий интерес к преследователям, медленно, как во сне, направился к пьедесталу.

Они приветствовали меня звоном, едва слышимым, но лишь мне одному. Стоило ухватиться за рукояти, и тепло моментально разлилось по пальцам, заставляя улыбнуться краешками губ. Словно берешь за руки любимую женщину.

Резко развернулся. Стражи богини приблизились ко мне на расстояние пары шагов, и этого вполне хватало для того, чтобы сделать первый удар.

Вильнул в сторону, и на место, где я стоял мгновение назад, обрушился удар массивного меча.

Этого недостаточно. Необходимо активировать одну из душ.

Снятие печати потребовало много сил, поэтому более чем на одну душу, меня не хватит. Нужно определиться и выбрать наиболее разрушительную, чтобы разнести здесь всё к чертовой матери.

— Гырлотан, — прошептал я одними губами, — твой выход…

Клинки начали видоизменяться, стоило впитать в них частичку собственной магической энергии. Лезвия потемнели, приобретая иссиня-черный оттенок.

Адамантит — прочнейший из существующих в мире пород. Значительных трудов стоило одолеть голема, охранявшего его залежи. И за победу я получил не только толстый кошель, под завязку набитый золотыми монетами, но и пополнил коллекцию душой существа по имени Гырлотан.

Любую душу можно было поместить в мой сосуд, но не каждая из них была сильна настолько, чтобы принести ощутимую пользу. Лишь несколько десятков носителей, включая гуманоидов и монстров, впечатлили меня в бою настолько, чтобы стать частью этой коллекции. В том числе и частичку моей души. Однако эта история была настолько длинная и запутанная, что вспоминать о ней не самое лучшее время и место.

На этот раз, взмахнув клинками, я не просто выбил сноп искр, а рассек присяжного наискосок.

Следующему я снес башку вместе со сверкающим шлемом. Та отлетела в сторону, встретилась со стеной и со звоном приземлилась на каменную кладку.

Одну за одной я освобождал души пленников Талии, позволяя стражам наконец-то вознестись и избавиться от пожизненного рабства.