Отражения

Так что он сидел там голодный и злой, таращась в просветы между деревьями до тех пор, пока не услышал отчетливый щелчок где-то впереди. Он подобрался и поудобнее перехватил лук, но услышал только взмах крыльев какой-то крупной птицы и пришел к выводу, что эта командорская паранойя дьявольски заразна.

— Извини.

Ланну довольно часто приходилось жалеть о том, что улыбаться он может только наполовину, но вот сейчас он жалел особенно сильно, поскольку это ощущение торжества в полуулыбку никак не помещалось.

— Извини, Ланн, — опустив руку на лук снова, он рассеянно посмотрел вперед, но не заметил бы ничего, даже если бы мимо конница прошла. — Ты не называешь меня по имени с тех пор, как встретила, хотя я абсолютно уверен, что ты его знаешь.

Он знал, что получится! Мясо с рисом и изюмом — одно из самых распространенных блюд в Кадире. Тех же специй здесь, конечно, не найти, но все же...

Тяжело вздохнув, командор переступила через корягу и уселась рядом.

— Это... сложно, — глядя вперед, проговорила она.

— Четыре буквы всего!

— Ланн умер, — серьезно напомнила она и повернула голову, в ее темных глазах не было ничего, кроме усталости. — Я понятия не имею, кто ты такой. Ланн, которого я знала, предпочел бы осесть где-нибудь и завести семью, а не бегать по лесам за своим полевым командиром через десять лет после окончания войны.

И эти вещи абсолютно никак не связаны. Ни чуточки.

— Люди обычно не хвастаются такими вещами, но если ты настаиваешь... — он вздохнул и отвел глаза. — Я был женат, и она меня бросила. И даже не ради кого-то посимпатичнее, как можно подумать...

В то, что отряд отправляется на поиски самогонного аппарата старой ведьмы не верил никто и, кажется, даже командор, так что когда под хижиной начала твориться чертовщина, все приняли это как должное. Теневые демоны, плененные ангелы, безумные монгрелы — еще один скучный день Пятого Крестового Похода.

Вздыхающая, плачущая, колышущаяся масса плоти занимала целый бассейн и была причиной всех этих видений. Командор замерла перед десятками сшитых воедино тел и душ, взгляд ее затуманился, мечтательная улыбка украсила губы, но через секунду она подняла руку, чтобы прикрыть глаза.