Отражения

— Я не хочу быть лучше! Я хочу быть свободной!

Не используй она зелье ускорения, у него может и был бы шанс продержаться дольше. Но пропустив единственный удар в живот и взревев от боли, она оказалась за его спиной и крепко схватила за шею. Ланн даже не успел удивиться тому, что она не доставала оружие — пальцы железной хваткой сомкнулись на горле. Изо всех сил приложив ее о стену в надежде сбросить, он понял, что время на исходе — перед глазами заплясали черные круги. Он позволял ей осматривать себя — она прекрасно знает, куда давить.

Как можно было ей доверять?..

Из-за того, что она никогда не соглашалась тренироваться с ним, он неправильно оценил ее возможности, а они далеко за пределами человеческих. Черт побери, он даже не видел, как она дерется! Всегда или в плаще или за пределами его поля зрения, она не показывала своих сил.

— Я не могу так жить больше, — прежде чем отключиться, услышал он над самым ухом. — Сегодня или я, или они.

***

Первое, что Ланн увидел, с трудом разлепив глаза — окровавленный наконечник сломанной стрелы.

Сайдири извлекла его прежде, чем отправиться в новый бой. Поднявшись и с отвращением стряхнув с левой стороны лица прилипшие обломки старых костей, он прислушался, но в притворе стояла тишина и вонь от останков гулей все еще забивала ноздри.

Она действительно пошла туда одна, прекрасно зная, что это самоубийство! Весь его план строился на том, что она не захочет умирать и должна будет либо изменить свои намерения так, чтобы не приносить в жертву пленников, либо подождать помощи из Дрезена.

Она не должна была принять такое решение, она же знала, что ждет ее после смерти...

Ну что же, парень, это был самый отвратительный план в твоей жизни. Ну, не считая того, с ядом Савамелеха. Кто бы мог подумать, что в мире найдется еще один отбитый крестоносец, готовый отдать свою жизнь, чтобы уничтожить врага!

Поднявшись и потерев ноющую шею, он подошел к двери храма и отодвинул ее в сторону, заранее зная, что там увидит.

Запах гари резанул ноздри, но Ланн только фыркнул и прошел дальше.

Неизвестно, сколько огненных шаров Сайдири успела выпустить прежде, чем ее задавили числом, но горы мертвой плоти все еще дымились вокруг. Массивное тело набасу лежало у входа, раскинув крылья, инкуб плавал в бассейне со вспоротым животом среди своих мертвых жертв. Тел пленников не было видно, их либо успели сожрать голодные камбионы, либо они просто лежали, придавленные кем-то еще.