Ледащий

– Просто выглядит моложе своих лет, – хмыкнула Марина. – Чтоб вы знали, Николай – вдовец. Его супруга умерла от рака, и он не смог ее спасти. Сами знаете, что в юном возрасте рак – приговор.[2]

– Нифига себе! – воскликнула Наталка. – Когда успел? Сколь ж ему лет?

– Сказал: не помнит, – Марина развела руками. – Но много больше, чем на вид. Знаешь, но порою кажется, что он смотрит на меня, как девочку. Кстати, и ведет себя аналогично – как будто я ребенок, а он – отец.

– Волхв, – кивнула Галя. – У них все по-другому.

– Только все равно не женится, – фыркнула Наталка. – Волхвы жен берут из родовых, чтобы способности передавались по наследству. С простыми, вроде нас, у них лишь только секс.

– Наталка, помолчи! – возмутилась Галя. – Зачем Марину огорчаешь? Тоже мне нашлась специалист по волхвам. Женится, не женится… Да разве в этом дело? На войне живем, али забыли? Сегодня замужем, а завтра – ты вдова. Тут день в любви прожить – уже большое счастье.

– Спасибо, Галя! – ответила Марина, и голос ее дрогнул.

– Я тоже рада, – Наталка встала и обняла ее. – Не сердись, Маринка! Это я от зависти. Так хочется сказать, как ты: «Да он меня затрахал! У меня там все болит…» Но трахать некому…

Она внезапно зарыдала, Марина стала утешать, к процессу подключилась Галя… Короче, чаепитие прошло в сердечной обстановке и завершилось полным примирением сторон.

[1] ПСМ – пистолет самозарядный малогабаритный. В СССР использовался для вооружения командного состава армии и оперативников МВД и КГБ. Калибр – 5,45 мм, толщина – 18 мм, вес – 460 граммов.

[2] Во избежание недопонимая уточню: речь о медицине в придуманном автором мире. Хотя и в нашем рак в юном возрасте – проблема тяжелейшая.

Глава 7

7.

Фон Лееб с брезгливостью смотрел на застывшего напротив командующего вооруженными силами Славии. Ишь, разрядился, павлин! Мундир оливкового цвета обвешен орденами, эполеты с бахромой из золотых шнуров, аксельбанты с золотыми наконечниками и драгоценными камнями.

– Подойдите, маршал, – велел фон Лееб.

Командующий подчинился. Присесть ему не предложили, и слав стоял, потея и при этом подобострастно глядя военного советника Германии. Так официально именовалась должность фон Лееба. Хотя любой в столице знал: как немец скажет, так и будет, никто не заикнется против.