Ледащий

На испанском и итальянском объясняюсь и могу читать, но письменностью не владею. Грамматика у них довольно сложная.

«Ничего себе! – подумала Марина. – У меня английский, как анкетах пишут, со словарем. Латинский не считается – на нем никто не говорит»,

– Вы хорошо готовите, – сказала вслух.

– Когда один живешь – и не тому научишься, – пожал плечами Николай.

«Он не из родовых, – подумала Марина. – Или изгой».

– Скажите, Николай Михайлович, – спросила, отхлебнув из рюмки. – Зачем вы это все устроили? – она кивнула на тарелки.

– Хотел к вам подлизаться, – улыбнулся Николай.

– Для чего?

– Меня вам навязали в постояльцы. Не думаю, что вы охотно согласились. Так что постарался смягчить вам огорчение.

– Я не огорчилась, – качнула головой Марина. – Просто… Как вам сказать… После смерти мужа в этом доме не было мужчин. Я привыкла жить одна. А теперь не знаю…

Она внезапно всхлипнула и зарыдала.

– Марина Авенировна!..

Спустя минуту она пришла в себя и обнаружила, что сидит, уткнувшись лицом в грудь мужчины и плачет, тот гладит ее по голове и шепчет что-то успокаивающее.

– Извините! Не следовало мне сегодня пить, – она вздохнула. – Расклеилась и вспомнила Сережу.

– Вы часто плачете о нем? – спросил Несвицкий.

– Почти что каждый день.

– Это очень плохо.

– Почему? – обиделась Марина.

– Не даете душе его уйти в чертоги Господа. Ваш Сергей давно бы был в раю, но вы не отпускаете его и держите возле себя.

– Откуда знаете, что Сергея ждут в раю? – насупилась Марина.

– А где ж еще? Мне сказали, что он погиб во время операции, спасая человека. Это так?

Марина подтвердила.

– Евангелие помните? Нет больше той любви, аще кто положит душу за друзей своих. Таких, как он, церковь почитает мучениками, которые, минуя мытарства, идут прямой дорогой в рай. А вы ему не позволяете.

– Уверены?

– Священник объяснил мне, когда жену похоронил.

– У вас была жена?

– Да, – он замялся, но потом кивнул.

– Насколько?

– Не могу сказать. Утратил память, вернее, часть ее в результате асфиксии. В бою засыпало землей. Чего-то помню, а чего и нет. Но уверен, что мне не восемнадцать лет.

«В этом нет сомнения, – подумала Марина. – В восемнадцать так не говорят».

– Жена погибла под обстрелом?

– Умерла от рака.

– Но вы же волхв! И не могли спасти?

– Увы. Хотя и сделал все, что мог.

– Ах, да! – она кивнула.