Полозов. Мёртвый сезон. Том 2

- Так вот, сущность - это ни что иное, как магический материал для построения энергетического каркаса одарённого. Ни больше ни меньше - чистейший «инсорий», так его ещё называют.

- Но ты же не отрицаешь того, что поглощение может навредить одарённому и привести к летальному исходу?

- Не отрицаю, конечно. Ты же не можешь отрицать того, что попытавшись поднять шесть пудов рывком, не накачивая силой энергетический каркас, ты можешь сорвать себе спину. Или сломать, в худшем случае. Правда ведь? Аналогия примерна, но суть ты понял.

В таком ключе разговор и протекал.

Петя на какое-то время забыл, что он общается с человеком, на которого был сильно обижен. Более того, ему казалось, что он его глубоко презирал за то, что тот его бросил, просто-напросто вышвырнув на окраину империи, как ненужную вещь.

Теперь же, по мере того, что ему излагал князь, он начинал понимать, что некоторые поступки Полозова-старшего были продиктованы не его сиюминутным решением или раздражением, а чем-то более глубоким.

С одной стороны ему и хотелось послушать кого-то более мудрого, кто примет на себя некоторые решения за него, а с другой - он уже столько лет жил самостоятельно, строя свою жизнь так, как хотелось именно ему.

- И ещё, - немного наклонился Полозов-старший. - Сущность абсолютно безвредна для родовитых, коим ты являешься по праву рождения. Правда ощущения от её использования бывают довольно болезненны.

В «Шницеле» они провели ещё некоторое время, после чего Полозов-старший, сославшись на дела, оставил сына в одиночестве.

Пароцикл со стоянки около мясной ресторации Петя пока решил не забирать, поскольку до «Орхидеи», в которую ему было необходимо повасть, добираться было не более четверти часа, и то - неспешным шагом.

Проходя под затемнённой аркой, где он без лишних глаз набросил на себя морок, парень зашагал в сторону казино.

«По праву рождения! - роились мысли в голове у Полозова младшего.

Такой же бред, как и заявление о том, что ощущения бывают довольно болезненны. «Болезненны» - совсем не то слово, которым можно было это описать.

Петя прекрасно помнил, как он первый раз поглотил сущность. И эта сущность была гораздо меньшего размера, нежели та, которая сейчас покоилась в футляре, оставленном в поместье Державиных.

Это было ужасно.