Жизнь без права умереть

Я уже столько раз помер, что чувство самосохранения атрофировалось.

Своей целью я выбрал небольшую тварь, что была размером с человека, но покрыта шерстью, и с мордой как у мопса. Уродина, слов нет. Выбор мой был обусловлен тем, что она относительно маленькая по сравнению с теми же минотаврами, которые достигали двух с половиной метров в высоту. Но этот мопсомонстр был на удивление юрким, и ловко уходил от атак быкоголовых.

Я полз к месту схватки, ожидая удобного момента для нападения. Правда, только чудом не подставился, когда мимо меня пронесся кентавр с копьём.

Этот конь с лету врубился в битву минотавра и шерстяного, вынеся быка и ранив мопса. Лучшего момента было не сыскать, пока кентавр разворачивался на второй заход, я прыгнул на спину шерстяному и всадил кинжал тому в горло.

— Да! — Обрадовался я.

Радость продолжалась недолго, пока мы заваливались на бок, слева нас снесла стая знакомых чешуйчатых псов. Я неудачно упал, напоровшись на обрубок клинка, что сжимал в руке. Живот обдало жаром.

Псины начали рвать мопса, оставив меня на сладкое. Хотя мне было не до них, я пытался собрать вывалившиеся внутренности.

Вот на меня обратили внимание. Одна из псин, капая слюной ринулась меня добить. От страха я кинул в нее своей требухой. От такого, эта сволочь охренела больше меня. Из-за адреналина и шока, я не придумал ничего умнее как засунуть руку с кинжалом в пасть монстрособаке. За что сразу же лишился руки. Псина же хрипло завыла, и попыталась вытошнить мой обрубок, но кинжал ей встал поперек горла, я же зашёлся кашляющим злорадным смехом.

Первая победа меня так воодушевила, что при следующем восстании... Эх как завернул.

— Я ВОССТАЛ!

Так, надо прекращать орать. Опять меня убили.

Ну так вот, воодушевившись победой, я начал планомерно истреблять погань, что тут и там грызли друг другу глотки. Благо оружия под ногами хватало. Ну истреблять громко сказано, до своей смерти я мог убить максимум одну тварь, а то и вовсе никого. Силенок не хватало. Да и голожопый человек с ржавым мечом, не угроза подавляющему большинству местных монстров.

Больше всего меня бесили лысые пёсили. Эти мрази охотились стаями, и нападали со спины. Каждая третья моя смерть была от клыков этих шавок. Словами не передать как я их ненавидел, если бы я мог насылать проклятья, то все псовые во всех мирах скончались в жутких муках.

— Аааа, сука! — Рычал я на псину, что вцепилась мне в ногу. Как на зло я только воскрес, и у меня под рукой не было оружия.