Чернобуров: Новая жизнь

Тот, кто заботится о пострадавших, не может быть негодяем, верно? А я к тому же скромненько молчал об этом и собирался обнародовать только при необходимости. Крепкая дамба на случай если информационный поток вдруг свернет не в ту сторону.

В воскресенье мне позвонил сам Ласкин:

— Слушаю вас, Максим Кириллович, — сказал я, подняв трубку.

— Добрый день, ваше сиятельство. Звоню, чтобы выразить свое восхищение, — судя по голосу, журналист улыбался.

— Благодарю. Чем заслужил?

— Вы отлично подготовились к выходу моей статьи.

— А на какой эффект вы рассчитывали? — бесцветно осведомился я.

— Честно говоря, я собирался вас утопить. Мне не нравится, когда аристократы проливают кровь лишь потому, что имеют право. Но должен признать, теперь я иного мнения о вас.

— Вы много на себя берете, уважаемый, — хмыкнул я. — Не вам судить поступки дворян.

— Я никого не сужу, ваше сиятельство. Моя задача — доносить до людей правду. А правда в том, что вы устроили подлое ночное нападение и убили барона вместе с женой.

— Нет, не так. Я защищал семью. Кстати, Максим: хочу пригласить вас на прием в свое поместье.

— Звучит угрожающе, — рассмеялся Ласкин. — В качестве гостя?

— Нет, прием будет для аристократов. В качестве журналиста для освещения мероприятия.

— Вот как. Вынужден отказать, ваше сиятельство, светская хроника — не мой конек. Но в нашей газете есть человек, который с радостью возьмется за дело.

— Буду рад, если отправите его к нам.

— Как скажете. Всего доброго, граф.

— До свидания.

Я продолжил работать. Поиски чего-то подобного сигнальным жезлам из моего прошлого мира зашли в тупик. Существовали специальные магические печати, охранные артефакты и сигнализации на электричестве, но это было не совсем то, чего я хотел. Уникальность сигнальных жезлов из моего старого мира была в том, что их можно было объединять в сеть и связывать с другими приборами.

Так что я поручил Константину отыскать хорошего артефактора, с кем я мог бы обсудить изготовление прототипа сигнального жезла. А потом принялся за другие дела.

В дверь кабинета постучали, и я с удивлением заметил, что за окном уже темно.

— Войдите.

— Сынок, ты все работаешь? — в комнату изящно вплыла Светлана Григорьевна.

— Вынужден, дорогая мама.

— Не забывай отдыхать, прошу тебя.