Чернобуров: Новая жизнь

— Ты ничего не докажешь, — повторил Чернов.

Я вздохнул и потянулся в карман. Игорь встрепенулся и резко распахнул ящик стола. Резко выброшенным, как удар, твердым взглядом я заставил его остановиться и медленно вытащил из кармана мобилет.

— Последний шанс, дядя, — жестко произнес я. — Давайте решим дело миром. Верните то, что принадлежит мне, и расскажите, кто надоумил вас отнять гостиницу.

— Надоумил? Ты бредишь, Георгий! — Чернов натужно рассмеялся. — «Орешково» завещал мне твой отец! Все остальное — фантазии.

— Я так не считаю. Но если не хотите мирного исхода, придется вас уничтожить.

— Уничтожить? — прорычал дядя и снова потянулся к ящику.

— Не буквально, — я приподнял ладонь. — Вы все-таки мой родственник. Но я вас разорю и растопчу репутацию, как вы и заслуживаете. Начну с того, что позвоню начальнику полиции.

Я нашел в мобилете нужный номер и отправил вызов. Ответа пришлось подождать, и пока шли гудки, я не спускал глаз с дяди. А еще на всякий случай напитал тело маной и поставил духовный щит — после нескольких занятий с Мокрухой я уже мог это делать.

Жалкая, конечно, защита, по сравнению с прошлой жизнью... Не уверен, что спасет от пули на таком расстоянии. Но лучше, чем ничего.

— Слушаю, — раздался бас начальника полиции.

— Добрый день. Это граф Георгий Чернобуров. Как ваши дела, уважаемый?

— Здравствуйте, граф. Дела идут. У вас что-то срочное? — не особо дружелюбно пробурчал полицейский.

— Помните мою беду с «Орешково»? Похоже, что я знаю, как распутать клубок.

Не успел начальник полиции ответить, как Игорь замахал руками, мол, хватит. Я сказал, что перезвоню, и положил трубку.

— Ладно, Гоша, — с сокрушенным видом пробормотал Чернов. — Ты победил. Все было так, как ты сказал — подпись магией перенесли с другого документа. Как, черт возьми, ты это понял?!

— Не важно, — отмахнулся я. — Рад, что вы в последний момент образумились, дядя. Теперь обсудим, как будете расплачиваться...

Я уже не хотел возвращать гостиницу, если честно.

Цена «Орешково» как бизнеса, согласно документам, оценивалась в семьсот тысяч рублей. Стоимость ремонта в двести тысяч. Еще сотня — за оскорбление. Итого миллион рублей.