Пламя смерти

Тут его взгляд остановился на каршарце и монахе. Он двинул коня в их сторону, но близко подъезжать не стал.

– А где мой адепт и ваш друг? Почему Дилль нас не встречает? Надеюсь, он не ранен?

Гунвальд хмуро посмотрел на мага и с трудом выдавил из себя:

– Дилль погиб.

Гроссмейстер отшатнулся, словно его ударили в грудь.

– Ты уверен? – глухо спросил он.

Гунвальд кивнул. Гроссмейстер слез с коня, подошёл к каршарцу и принялся водить около его лица руками, словно пытаясь вылепить вокруг него что-то невидимое глазу.

При этом некоторые жесты показались Гунвальду весьма неприличными. Он недоумённо поразмышлял – может, стоит дать в репу этому сумасшедшему магу? Никто ещё не так не оскорблял каршарца. Все присутствующие с удивлением смотрели на это представление, и никто не мог понять, что оно означает. В этот момент гроссмейстер перестал водить руками и громко сказал:

– Я проверил, на нём нет печати чёрной чумы, каршарца можете не опасаться. Остальные пусть ждут, пока их проверят врачеватели, – Адельядо жестом велел Гунвальду следовать за ним.

– Идём. Я хочу знать, как погиб мой лучший ученик.

– Без Герона я не пойду.

– Я не собираюсь тратить свои силы на то, что может сделать любой врачеватель, – высокомерно ответил гроссмейстер.

– Тогда обойдёшься и подождёшь, пока врачеватели проверят Герона, – непочтительно сказал Гунвальд. То, что нагрубил он не кому-нибудь, а первому магу Ситгара, ничуть его не заботило.

Адельядо уже почти вспылил, когда к нему подъехал архиепископ и сказал:

– Ади, проверь монаха.

Я хочу поговорить с ним.

Гроссмейстер сердитым жестом велел Герону подойти, сделал несколько пассов руками и буркнул:

– Тоже чист.

Архиепископ и Герон удалились в сторону, и о чём они говорили, Гунвальд не услышал. К тому же, гроссмейстер всё равно не дал послушать.

– А теперь рассказывай, – властно приказал он.

Гунвальд коротко пересказал последнюю битву Дилля против полчищ зомби, лича и целого отряда колдуний и шаманов. Гроссмейстер тяжело вздохнул, горестно покачал головой и удалился, не сказав больше ни слова.

Приехавшие с ситгарцами вампиры с затаённым дыханием слушали рассказ. И когда Гунвальд закончил, один из них выхватил меч и отсалютовал.

– Вечная память достойному воину клана Григот! Я назову его именем сына.

Остальные вампиры взмахнули мечами и громко воскликнули "Вечная память". Затем к Гунвальду подошёл высокий вампир – судя по багрово-красному плащу – мастер клинка.

– Я – мастер клинка Фиррис. Отец Илонны. Супруги Дилля.