Последний из Цитадели

Капитан терпеливо слушал, хотя, судя по его лицу, был явно чем-то недоволен. И вскоре Ален понял – чем. Хармер пытался учить Кохлера. То ли владеть оружием, то ли правильно водить солдат в бой.

Ален усмехнулся. Он уже давно заметил у ратмана такую привычку. Учить. Учить всех подряд. Поучать. Выговаривать. Кохлер терпел долго. Да и как было не терпеть, если утром прибыли подводы с новенькими доспехами и оружием, переданными Алену ратманом в дар? И теперь кнехты Кохлера щеголяли во всем новом. Плюс к этому солдатам выдали деньги, что задолжал им барон Кригер.

Тоже из кармана ратмана.

Долго, но не бесконечно. В конце концов капитан брякнул что-то резкое, сплюнул и удалился в казарму с независимым видом. Хармер же все свое внимание перенес на Айрис.

Хармер был нужен Алену. Нужен сейчас, и будет нужен еще какое-то время. Нужны его деньги, его опыт, его связи. Поэтому Ален мог набраться терпения и отнестись к его поучениям снисходительно. Но вот смогут ли остальные? Айрис, конечно, неопытна, но и у нее может лопнуть терпение.

А это было совсем ни к чему, доводить дело до конфликта. Ален звякнул колокольчиком, и приказал слуге пригласить ратмана.

2

— Начинаю думать, что вся наша затея была авантюрой с самого начала, — ворчливо заметил Хармер. – По-другому надо было действовать. Совсем по-другому.

Ален вежливо улыбался. Хармер, казалось, обрел новую жизнь. Его распирала эйфория и жажда деятельности — все это было понятно, однако сам Ален не чувствовал ничего. Эмоции были не нужны, да их и не было.

Они с ратманом просто двигали шахматные фигуры, и первая партия осталась за ними. Расставили фигурки, сыграли, в коробку. Расставили, сыграли, в коробку.

Вскоре будет партия вторая, потом третья, но так или иначе, рано или поздно партия будет разыграна и между ними. И кто-то из них двоих будет убран в коробку. Нет, можно, конечно, предположить, что ратман так и будет продолжать надеяться на бессмертие, но…

— Но зато как бурлит кровь в жилах! Я уже давно не чувствовал себя настолько живым.

Я словно помолодел лет на двадцать. А может и все тридцать.

— С чем ты приехал, Хармер? — прервал его восторженные излияния Ален. — Ты говорил, что готовишь встречу с посланником из столицы, когда же он прибудет?

Хармер поморщился и демонстративно обвел руками пустой зал. Они были одни, но, конечно, ратман прав. В тронном зале слишком много мест, откуда их можно подслушивать. Ален кивнул, и они прошли в кабинет.