Последний из Цитадели

Кто-то играл в кости, кто-то упражнялся с оружием, кто-то умудрялся подремывать, но беспечность была кажущейся. Стоило Алену приблизиться, как воинство на лестнице с железным лязгом пришло в движение. Кнехты спешно вскакивали с пригретых мест, хватали шлемы и копья. От количества враждебных взглядов вздыбились волосы на затылке.

Ален остановился и, вспомнив поучения Хармера, старательно изобразил на лице добродушную улыбку.

— Кто такой? — рявкнули из толпы, и от улыбки Алена не осталось и следа.

Расталкивая солдат, к нему шагнул капитан Долрей, подхватил лошадь под уздцы.

Ален спешился и протянул руку.

— Рад тебя видеть, Кейран. Давненько не виделись.

— Рик?! Черт возьми! Рикерт! А ведь я помню, как ты клялся, что твоей ноги здесь уже никогда не будет! Помнишь?! А я все помню! Ну и чего ты здесь делаешь, бродяга?

Отступив на шаг, капитан окинул взглядом камзол Алена, присвистнул.

— Да ты большой человек?

— Я ведь говорил, у меня рыцарский патент.

— Ну, знаешь, нам, кондотьерам, чего только не приходилось слышать, и про рыцарские патенты, и про баронские, всего наслушались.

Так ты и впрямь пошел в рост?

— Обещаю, расскажу все, только сначала я бы хотел увидеть мэтра Хармера. У меня срочное дело к нему. Он, наверное, сейчас с бароном Кригером? Можешь меня пропустить или хотя бы доложить?

— Доложу, — Долрей кивнул. – Только барона здесь нет.

— Как нет?

Ален кивнул на стоящих у коновязи лошадей с гербом Кригера на попонах. Капитан отмахнулся.

— Десяток его кнехтов. Видел бы ты их наглые рожи.

.. Битый час изображали из себя бог знает кого. Ладно, будь здесь. Как тебя доложить?

— Ален де Рем. Скажешь, новый барон Далема.

Лицо у Долрея вытянулось.

— Барон Далема?

— Мэтру скажи именно так.

— Странные шуточки у тебя.

— Это не шуточки. Далем мой по праву, оформление – это вопрос времени.

— Но-но!

Долрей погрозил ему пальцем.

— Хватит зазнайства. То он рыцарь! То у него баронство – вопрос времени. Ладно, расскажешь потом про свои прожекты.

Капитан поднялся в ратушу.

Его кнехты, убедившись в безопасности прибывшего, потихоньку разбредались, и спустя пару минут Ален остался в одиночестве. Его улыбка тут же исчезла — это было нелегко, улыбаться людям, не испытывая эмоций. К этому следовало привыкнуть, в конце концов, привык же сам Хармер.

Входная дверь наконец колыхнулась, и капитан издали махнул рукой.

— Пропустить.

Кнехты на лестнице даже не шевельнулись, но Ален ощутил, что напряженное внимание к его персоне исчезло.