Последний из Цитадели

.. Тут с тобой хочет поговорить кое-кто.

— Поговорить?

— Ну, они еще не знают, что хотят. Но, думаю, захотят. Так вот. Это люди барона Кригера.

Айрис отшатнулась.

— Да-да, милочка. Жениха той самой девушки, которую вы убили.

— Но...

— Подожди. Не надо со мной спорить. Мне без разницы, как и почему вы ее убили. Важно другое. Тебя будут расспрашивать насчет Рикерта. И я советую тебе быть более... ну, скажем, решительнее. Может быть, злее. Твой парень ведь не простой человек, не так ли? Ты ведь знаешь это, да?

Она кивнула.

— Ну и, наверное, догадываешься, что ждет барона Кригера и его людей?

Айрис снова кивнула.

— Отлично. Поэтому – не бойся. Хорошо бы их самих попугать. Если получится.

Он мягко подхватил ее под руку и повел в холл. Когда ее увидели кнехты, ратуша на несколько минут наполнилась мертвой тишиной. Они явно ожидали увидеть кого угодно, но только не хрупкую заплаканную девушку.

— Что это? – наконец вымолвил сержант Гаутер. – Господин Хармер, извольте объяснить.

— Это и есть сообщник убийцы, о чем я и сообщал господину барону.

Возможно, соучастник преступления. Как я уже сказал, сам я еще не выяснял подробностей дела. Именно поэтому предлагаю всем пройти в зал заседаний и как следует ее расспросить. А потом уже, если вам будет угодно, увезти ее в замок.

Сержант в растерянности оглянулся, как бы невзначай мазнул взглядом по лицу барона. Мгновение поколебавшись, барон едва заметно кивнул в ответ. Сомнения в том, что эта девушка как-то связана с убийством возникли и у него.

— Хорошо, — сказал сержант. – Идемте. Хотя на вашем месте следовало бы сначала убедиться в том, что она имеет отношение к убийству.

— Имеет, не сомневайтесь. У нас в Далеме все по закону, кого попало в тюрьму не сажаем. Впрочем, она сама все расскажет.

Хармер провел их в зал, кнехтов рассадил за огромным, в форме полумесяца столом, где заседали ратманы, Айрис же досталась трибуна для докладов и отчетов городских чиновников. Сам ратман устроился рядом, за столом секретаря.

С его лица ни на миг не сходила такая самодовольная улыбка, что барона оторопь взяла. Что с ним? Чему радуется? Заварушка в Лимбурге, на которую барон возлагал столько надежд, провалилась?

— Ну что же, господа, начнем? Прошу вас задавать вопросы. Сержант?

Хармер с добродушной улыбкой посмотрел на Гаутера. Кнехты явно чувствовали себя не в своей тарелке. Все здесь было для них чужим и неудобным – большой и гулкий зал, обитый бархатом стол, мягкие кресла ратманов.