Осознание. Пятый пояс

Значит, о деньгах, техниках и этих, кого ты ещё обещал, женщинах, да? О них можно забыть?

— Почему? С твоим талантом Орден ждёт светлое будущее. Техники, деньги, женщины? Всего этого у тебя, малец, будет в избытке.

Меня перекосило.

— Золотая клетка? Да ты знаешь, что я...

— Золотая клетка? — перебил меня Седой, а его улыбка в одно мгновение изменилась. Неприятно изменилась. — Вот уж чего можешь не бояться. Ты — боевой мастер Указов, забыл? Тебе придётся пройти по краю смерти. Не раз, не два и даже не сто раз.

Я хлопнул глазами, затем ещё и ещё, осторожно переспросил:

— Седой, это вот так ты сейчас пытаешься убедить меня, что я должен пойти с тобой в твой Орден? У тебя очень плохо выходит. Очень. В городе Ян тебя бы никто не поставил вербовщиком у портала.

Седой прищурился:

— Брат Гал... Неужто тебе не рассказали, малец, чем важен твой талант и что ты можешь, вернее, должен сделать?

А вот это уже было интересно. Ни Клатир, ни Виостий ни разу так и не сказали мне, чего от меня хотят.

Разве что Клатир ожидал от меня какой-то там помощи, когда я поднимусь выше в Возвышении. Да и то, это всё, что я понял из того рассказа. Даже когда безымянный Страж отправлял меня прочь из Второго пояса, он так и не сказал, почему я не должен попадаться в руки других Стражей. Хорошо не убил, чтобы раз и навсегда решить этот вопрос.

Но сейчас... Неужели сейчас я действительно узнаю, для чего Стражи так заботились обо мне?

Я медленно, осторожно, словно боясь спугнуть Седого, признался:

— Не рассказали, — и тут же забросил приманку.

— Но ты же расскажешь?

Седой ухмыльнулся, огляделся, сделал шаг в сторону и сел на тушу одного из големов. Тех, что были даже побольше тех, на которых сдался Браут, прибежали в конце и сейчас только-только начали трескаться, расходясь трещинами.

Я повторил за ним.

Огляделся.

Несколько валов из каменных тел големов.

Бредущий от голема к голему Призрак.

Стонущий Браут.

Пески. Солнце. Небо. Пустота от горизонта до горизонта.

Отличное время и место для такого разговора по душам.

Я сел напротив Седого. Прямо на песок, подогнув под себя ноги и словно собираясь замереть в медитации.

Силу я в себя и правда потянул, но сам внимательно уставился глаза в глаза Седому, готовясь не пропустить ни слова.

Седой же молчал, отвечая мне таким же пристальным взглядом.

Но я много чего умел делать, например, терпеливо ждать, и Седой сдался первым.

— Расскажу. У каждой профессии много граней, малец.