Сингулярность

– Это потому, что с нами не было Госдепа, – сказал министр обороны, поднимаясь с кресла. – Те бы все заболтали так, что после пяти минут мы не смогли бы вспомнить, зачем здесь собрались.

В коридоре глава МНБ немного притормозил Хайден, позволив коллегам пройти вперед.

– Ты сама что об это думаешь? – тихо спросил он.

– Я думаю, что Джон из-за своих шуточек про Госдеп нарвется на серьезный разговор с Президентом.

– Я не про это, – Бэйтс махнул рукой в сторону уходящих по коридору коллег.

– Даже не знаю... – Джейн задумчиво покусала губу. –  Сдвиг полюсов и всплеск сейсмической активности явно взаимосвязаны. Надо подождать компьютерную модель. Ясно одно – это явно какая-то аномалия, связанная с земным ядром. И если она будет прогрессировать, то может случиться все, что угодно.

– Что именно?

– Советую посмотреть старый голливудский фильм. Называется «2012». Вышел лет 15 назад. Примитивно, но довольно красочно описывает, что может произойти с Землей при нарушении стабильности ядра.

– Да помню я этот фильм. Там все летит к чертям, континенты уходят под воду и из пригодных для жизни территорий остается только Африка.

– Вот-вот. В случае если земное ядро потеряет стабильность, нас вполне может ждать похожий вариант.

– Твою мать... Нам что теперь ковчеги строить? – выругался глава МНБ.

– А у нас они разве до сих пор не построены? – хитро улыбаясь, спросила Джейн.

– Да ну тебя, – отмахнулся Бэйтс, и они зашагали к лифтам по узкому коридору.

Швейцария. Пригород Женевы

Утренний кофе казался горьким и противным. Не спасали даже свежие, еще теплые круассаны с начинкой из малинового джема, которые только что доставили из расположенного неподалеку кафе. Ник сделал глоток, поморщившись, отодвинул от себя чашку и налил стакан холодного апельсинового сока.

– Ну зачем тебе надо было связываться с русскими, – Лиз присела рядом и укоризненно посмотрела на мужа. 

– Монтини итальянец, – он сделал несколько больших глотков сока и шумно выдохнул.

–  Тата – русская. В выпивке и сексе она даст фору любому из вас, хилых европейцев. А Майк со старших классов ошивался по студенческим общагам, где научился бухать и курить всякую дрянь.

– А мы французы! Наша армия когда-то взяла Москву, – Ник с гордостью вскинул голову, но от резкого движения, вызвавшего приступ тупой головной боли, зажмурил глаза.