Сингулярность

Ему они казались глупыми, капризными, избалованными детьми, нашедшими в песочнице палку и бездумно размахивающими ей, чтобы напугать тех, кто послабее. Иногда они больно получали по носу от других детей и очень сильно на это обижались, иногда палка сама отскакивала и била их по лбу, вызывая искреннее недоумение. Но, несмотря на синяки и ссадины, несмотря на презрительное хихиканье равных по силе сверстников, Америка с завидным упорством молодого познающего мир шимпанзе, потешно рыча и скалясь, продолжала лазить по песочнице, размахивая своей палкой.

 И вот теперь эта палка ударила по Европе, по Франции, по семье. Нику пришла мысль, что на месте Гюнтера из группы обслуживания разгонных магнитов, который вместе с женой и детьми неделю назад поехал в Альпы на лыжи и погиб в лавине, мог оказаться он с Лиз и дочкой. А ведь лавины, землетрясения, необычно мощные приливы были спровоцированы квантовой черной дырой, родившейся в их коллайдере. К этой катастрофе привели американцы, чтобы ослабить Европу, и они для этого использовали его мозги, под гипнозом внушив нужные параметры эксперимента.

Ему было страшно. Теперь, когда его выдернули из зоны комфорта, он не знал, как себя вести. Он по-настоящему боялся будущего, которое с фатальной неизбежностью нависло над ним.

Наконец, Тьери, заметив, что ученый от обрушившегося на него вала информации стал зависать, предложил продолжить разговор за завтраком и, сказав, что он может пользоваться всем, что находится в доме и на территории виллы, проводил его в спальню.

Заснуть, впрочем, так и не получилось. Пытаясь отбиться в полудреме от навязчивых неясных, но очень пугающих образов, доктор Ривье принял таблетку успокоительного, но и она не помогла. Поняв, что не заснет, он быстро оделся и, накинув поверх своей легкой куртки богатый шерстяной халат, вышел на небольшой увитый плющом балкон. Ночной декабрьский воздух чистым горным потоком ворвался в легкие так, что от обилия кислорода немного закружилась голова.

– Майк! – вырвалось у Ника прежде, чем он успел подумать, стоит ли это говорить.

– А... И тебя загребли, – подняв голову, ничуть не удивившись, сказал Монтини и щелчком отправил окурок в темноту. – Что, тоже не спится? Давай вниз, в гостиную.