Хочу домой

Чего только стоит случай с майором Говардом!

— У вас недостаточно доказательств, чтобы порочить его имя, — Лира знала об этом грязном деле, но отказывалась признавать причастность майора к взрыву, ведь он был из Берихолла, как и вся местная верхушка армии.

— Тогда как вы объясните, что схожей взрывчаткой подорвали наш полевой штаб? Той же, на которой подорвался майор во время продажи ее своему брату в числе головорезов? Кристалл связи доказывает его причастность!

— Но какой мотив? — Готари посмотрел на капитана.

Его охватило раздражение от этой бюрократии. Конфедерация отдавала ему приказы и иногда они шли вразрез с интересами отдельных городов или королевств.

— Месть за сына. Сын Гордона служил в отделе снабжения и поставил бандитам оружие. Его труп нашли на месте передачи вместе с телами головорезов, — Коннор решил высказаться. Половина его лица онемела от заклинания и выговаривать слова стало невыносимо трудно, но он не спешил, — Тогда мы согласились замять дело, но теперь нас же подорвали этой взрывчаткой.

Вы пригрели змею!

Старший следователь знал, что безбожно врет, но не собирался останавливаться. На лбу выступили крупные капли пота. В задымленном зале стало трудно дышать, офицеры много курили, когда нервничали.

— Мы точно не имеем отношения к чернокнижникам. Они — главная угроза государству! — Лира поднялась, сжав кулаки. Ей стало жарко от стыда и обвинений. Лицо колдуньи покраснело, а уши обдало пламенем.

— Хватит. Вы не получите контроля в моем городе, — мэр Жоро сжал кулаки и перевернул пепельницу, засыпав одну из карт, — Если мы еще раз поймаем кого-то из ваших сотрудников на связи с преступниками, то расстреляем на месте.

— У вас хорошо выходит, — Лира скрестила руки на груди, откинувшись в кресле.

— Посмотрим, как вы запоете, когда головорезы будут резать вам глотки вместе с имперцами, — Жоро засмеялся, — Спасибо за доклад, капитан. Пожалуйста, отдыхайте

Коннор вывез капитана из зала.

— И что это было?

— Политика.

Спектакль, — Рейчел сплюнула на красный ковер, постеленный в штабе военных. Сегодня у нее еще много работы, которую капитан закончит только к позднему вечеру.

Коннор покачал головой. Ему не нравилось видеть разъяренные лица военных, но они не должны лезть во внутренние дела граждан. Конфедераты переходили невидимую черту дозволенного.

***

Дюк чувствовал себя ни живым ни мертвым. Еще немного — и можно покупать место на кладбище, но он не жалел.