Шкет

Чувствую, как тонкие, но удивительно сильные пальцы вонзаются в шею, сдавливая артерию и пережимая трахею.

– Всё уже сделано, не сопротивляйся, – шепчет мне на ухо женский голос.

Пытаюсь как-то вывернуться, скинуть дикую бестию со спины, но вместо этого падаю на колени. Остальные тоже продолжают давить и вот я уже под грудой чужих тел, пытаюсь вырвать хотя бы глоток кислорода.

– Городовой! Городовой! – где-то на заднем фоне орёт младший Попович.

Слышу его плохо, будто через вату. Да, и в нос бьёт какой-то резкий кислотный запах.

Пытаюсь задержать дыхание, но лёгкие отчаянно требуют вдоха. Я держусь. Барахтаюсь. Хватаю кого-то за лицо и, нащупав глаза, пытаюсь их выдавить. Суки! Просто так не возьмёте! Кричу в темноту, которая вдруг нахлынула со всех сторон.

Мягкая, уютная и спокойная. Плыву в ней. Всё хорошо. Я выдыхаю и улыбаюсь.

Глава 26

Голова просто раскалывается. Я ещё не открыл глаза, но уже хотел зажмурить их снова. Казалось, каждая мысль, каждое движение только усиливает боль.

И это были не маленькие молоточки, что вежливо стучат в виски…нет. Тут целый оркестр грохотал прямо внутри черепной коробки, словно силясь выбраться наружу и что-то доказать этому миру. Я сморщился от новой адско-звенящей волны страданий, что гуляли по моему серому веществу и, пересилив себя, всё-таки разжал веки.

Особо ничего не изменилось. Всё те же цветные пятна вперемешку с серо-блеклым фоном вокруг. Дёрнул рукой, чтобы потереть лицо и проверить не ослеп ли я вообще. И сразу же понял, что связан.

Запястья перетягивала самая обычная верёвка. Вонючая, правда, до невозможности. Этакая смесь тухлой рыбы и чьих-то грязных носков.

Пошевелив ногами осознал, что они тоже плотно запакованы. Попытался встать или хоть как-то изменить положение. Получилось так себе. Тело было какое-то ватное и непослушное. Но ещё немного покопошившись, я, наконец, смог упасть на пол. Похоже, меня бессознательного положили на деревянные нары, да, так и оставили.

Пол был холодный и слегка влажный.

Каменный что ли? Подвал?

Зрение постепенно возвращалось, но особого проку от этого не было. Вокруг царила полутьма с редкими проблесками света из-под двери в паре метров от меня. За ней определённо кто-то находился, я слышал приглушённые голоса. Понять о чём именно говорят сложно, но, судя по тону, там ожесточённо спорили.

Согнув колени, я смог сесть, прислонившись спиной к “кровати” и, наконец, нормально вздохнуть, не кривя лицо от невыносимой головной боли.