Яд Земли

Потом привязал к своему плоту и дотянул до берега: пусть полакомятся здешние жители, не часто им выпадает такая возможность.

Огляделся по сторонам. Затем медленно пошёл вперёд. Этот остров был примерно вдвое больше того, с которого он прибыл. На нём стояли три хижины. Возле одной сидела Айлин, занимаясь рукоделием. Рядом с ней примостился неуклюжий парень с мрачной физиономией, время от времени зевавший. Он сразу же не понравился Марку. Несомненно, то был Патор, её жених – или уже муж?!

Землянин грустно вздохнул: «Почему она так неожиданно охладела ко мне? Я же ей ничего плохого не сделал, даже наоборот.

При виде незнакомца парень встал. Айлин подняла лицо и Марк был готов поклясться, что в её глазах промелькнула радость, которая тут же сменилась неприязнью. Девушка обидчиво поджала губы и отвернулась.

Он сделал вид, будто не замечает такого отношения. Поздоровался, сообщил, что на берегу оставил тушу кранка, которую предложил забрать и использовать по своему желанию.

Патор обрадовался, его глаза загорелись алчностью, Айлин же презрительно хмыкнула. Разговора с ней не получилось, и Марк решил продолжить путь дальше.

Вернулся к своему плоту и перебрался на соседний остров. Менее чем через час землянин достиг заросшего лесом пологого берега. За прибрежной полосой растительности лежала просторная равнина с большим селением. Оно состояло из множества примитивного вида хижин, расставленных без заметного порядка. Повсюду бегали чумазые ребятишки, видимо, играли во что-то.

В центре селения находилась площадь, где развернулся довольно оживлённый базар. Продавались различные фрукты и овощи, многие из которых Марк видел впервые. Также здесь были выставлены кустарные изделия, ткани, посуда, поделки. В стороне собралась толпа возле группки людей, одетых лишь в набедренные повязки, ничего другого на их телах не имелось.

Среди них стоял – Марк едва удержался от невольного возгласа – двухголовый гигант, на которого, впрочем, зеваки обращали внимания ничуть не больше, чем на его вполне нормальных соседей.

Землянин подошёл ближе. Не сразу, но постепенно он осознал, что все эти люди, в том числе и двухголовый, - рабы, выставленные на продажу. Содрогнулся всем телом: на его планете свобода была главной и самой святой среди прочих неотъемлемых прав каждого человека.